него на столе. Как же так? Как моя жена могла так себя вести? Она ведь не была шлюхой, я в этом был абсолютно уверен, но трахаться у меня под носом, да еще сразу с тремя мужчинами — это уж слишком!... Наверное, я сам был в этом виноват. Нужно было настоять на своем и не брать ее с собой. Ведь я знал, чем иногда заканчиваются вечеринки у чеха.
Задумавшись, я ждал, когда появится моя \"благоверная\». Самое интересное, что ее не было еще добрых десять минут. Или она меня не заметила, а мне только это показалось?
Я докуривал сигару, когда из комнаты вышел Карэл.
— О, Эжен! — приветствовал он меня. — Как развлекся?
— Все нормально, — едва выдавил я из себя, прикидывая, не врезать ли ему по роже прямо сейчас.
— Твоя подруга великолепна, — похвалил он Марину. — Извини, если что не так, но ты ведь тоже не скучал?
Я кивнул, гася окурок в большой хрустальной пепельнице. В этот момент из двери вышла Марина. Одного взгляда было достаточно, чтобы определить, чем она занималась всю ночь, но глаза, которые она тотчас опустила под моим взглядом, так и сияли. Она подошла к нам, смущенно улыбаясь. Карэл обнял ее за талию, привлекая к себе. Она повиновалась.
— Мне бы хотелось, чтобы наше знакомство на этом не закончилось, — сказал он, целуя ее в завиток волос. Его рука погладила выпуклый зад моей жены.
— Тебе понравилось, дорогая? — спросил ее чех.
Глянув на меня из-под растрепанной челки, она кивнула.
— Эжен, оставайся еще на денек. Сегодня должна приехать Сильвия. В прошлый раз она была в восторге от тебя. Займемся этим вчетвером. Ты не против? — снова спросил он, обращаясь к Маринке.
Она утвердительно кивнула и снова посмотрела на меня. Но теперь в ее взгляде была не только растерянность. В нем я прочитал явный вызов.
— У нас рейс в одиннадцать часов утра. Не получится, — вздохнул я, понимая, что, воз можно, только что потерял жену.
Мы выпили кофе, я забрал деньги, и через час одна из машин Карэла повезла нас в гостиницу. Всю дорогу мы оба молчали.
Даже когда самолет взмыл в воздух и взял курс на нашу столицу, мы все еще не обменялись с ней ни единым словом. \"Вообще-то, что ее винить, я сам разве лучше? \» — подумал я, глядя в иллюминатор. Сзади тихо подошла Маринка. Ее руки легли на мои плечи, волосы закрыли глаза.
— Как ты могла? — выдохнул я.
— Хотя... Давай забудем обо всем, — неожиданно для себя предложил я, чувствуя, что все равно ее хочу.
— Давай, — легко согласилась она, растрепав рукой мои волосы. — Сама не знаю, как это случилось, но, если честно, мне было хорошо. Иногда по ночам снилось что-то подобное. Тебе ведь тоже пришлось по вкусу
гостеприимство Карэла?
— Еще бы, столько впечатлений, — я замолчал. — А вообще, Копенгаген всегда считался городом любви, и мы в этом сами убедились. Правда, дорогая?
В ответ она только кивнула и поцеловала меня в губы. Самолет летел, паря над облаками, и мне в какой-то момент показалось, что теперь у нас с Мариной будет все, подругому. Живем-то один раз. Посмотрим...
А. Безуглый
