опорам, фиксируя ее широко расставленные ноги. Руки же ее, предварительно связанные в запястьях и локтях, были привязаны к задней опоре. Таким образом, ее тело было свободным от пут, и она изо всех сил извивалась, пытаясь освободится. Балу молча подошел к ней и, просунув руку ей между ног, ловко расстегнул пуговицу и расстегнул молнию. Ребекка захрипела и начала вырываться с удвоенной силой, но прочные веревки надежно держали ее. Балу просунул большие пальцы за пояс брюк и медленно спустил их, обнажая ее попку, прикрытую белыми шелковыми трусиками. Позволив своему напрягшемуся члену коснуться бедра Ребекки, он на минуту отодвинулся и, насладившись видом ее упругой попки, вынул из ее рта кляп.
— Корнаж, ты свинья, — от злости Ребекка на время даже потеряла дар речи.
— Спокойней, мисс Канингем, это я.
— Балу! Как вам удалось бежать, я хочу сказать, я так рада...
Ребекка раскраснелась, румянец залил целиком ее лицо.
— Развяжите меня поскорее, а то этот... этот...
Балу огляделся, снял со стену кинжал, и несколькими взмахами перерубил путы.
— Спасибо, Балу, — Ребекка неловко подобрала с пола упавшие брюки, и торопливо одела их, все еще не поворачиваясь к нему лицом.
— Ну а дальше все было очень просто, — Балу наслаждался своей почти театральной ролью, смотря на круглые глаза своих компаньонов. — Я совершенно случайно передал свой маршрут и позывные по радио м-м-м, диспетчеру и когда мы пропали с радара дальнего обнаружения, эта умница подняла тревогу.
Балу понял, что сболтнул лишнего, и замолчал.
— В любом случае, это был ваш последний полет под моими началом, — Ребекка вздохнула, пояснив. — Не сомневаюсь, что вы уделите часть своей премии за поимку всей пиратской банды, чтобы выкупить «Нырок».
— Это, конечно, так, — Балу подмигнул Киту. — Но где мы с Малышом найдем такого умного и обворожительного коммерсанта? А, кроме того, мы оба привыкли к вашей пицце, и я привязался к маленькой Молли. Одним словом, как насчет равноправного сотрудничества?
