сколько этот друг сидел там. И что они делали до моего прихода, кстати? — Эти мысли заставили вновь зашевелиться мой отработавший, казалось бы, отросток. Видимо, дух разврата, царящий в нашей спальне, вдохнул в меня новые силы.
— Ну что ж, убедил, — Ирка тоже смотрела на мой поднимающийся конец, — только музыку выключим, чтобы тебе всё слышно было?
Да, без музыки стало слышно всё: и тяжёлое дыхание Иркиного партнёра и её причмокивания, поскольку она опять взялась ему сосать, и скрип двери. Я поднял глаза. На пороге спальни стоял второй мужик! ГОЛЫЙ! — Так вот в чём дело! — Она их музыкой вызывает. Сколько их там ещё? Я что-то замычал.
— Да знаю я, знаю, — она встала с кровати навстречу вошедшему, — они друзья. Нам показалось, что так будет намного интереснее!
Второй был намного крупнее и симпатичнее первого. Да и хозяйство у него было посолиднее. Даже посолиднее моего. Хотя раньше, мне бы и в голову не пришло, сравниваться концами с кем бы то ни было. Кстати, хозяйство его было в полной боевой готовности. За это самое хозяйство Ирка его и схватила тут же. Он ответил ей поцелуем в губы, обхватив за талию. Первый подошёл сзади, и теперь они зажали Иринку с двух сторон. Я видел лишь спину первого, но судя по движениям их рук, и сдавленному дыханию супруги, понимал, что там сейчас очень горячо. Некоторое время они так и стояли, потом Ирку толкнули на кровать, она села спиной ко мне, а эти двое начали своими хуями тыкать в её лицо. Она хрипло смеялась и ловила их руками. Видимо, поймала, потому что они чуть поуспокоились, а Иркины локти синхронно задвигались. Оба сосредоточенно следили за её манипуляциями. Дыхание всей троицы участилось. У меня встал. — Было от чего. Но анализировать свои ощущения я даже не пробовал. Я только надеялся, что Ирка меня отстегнёт всё-таки.
— Подождите, — задыхаясь, сказала Ирка, — вы мне рот порвёте. Мне надо лечь.
Он поползла от них по кровати. Там, где она сидела, осталось мокрое пятно в форме её промежности. Далеко уползти ей, впрочем, не дали. Её поймали, когда она проползала на четвереньках в районе моего живота. Первый схватил её за попку, а второй, обойдя кровать, встал надо мной перед её лицом. Теперь следить за происходящим я мог только по звукам, поскольку из моего положения мне было видно только волосатую мужскую жопу. А вот звуки говорили о том, что Ирке благополучно засадили. Сначала она очень глубоко вздохнула, а потом активные чавкающие звуки возвестили, что половой акт начался. Учитывая, сколько из неё натекло, процесс не должен затянуться. Правда, рот ей быстро заткнули чем-то большим. Я даже догадывался чем. Но даже это не мешало ритмично стонать. Втроём они здорово раскачали кровать. Зато, я периодически чувствовал прикосновение её раскачивающейся груди, к своему члену. Я даже приподнял бёдра, надеясь на взаимность с её стороны. Но Ирка слишком перевозбудилась, чтобы обратить на это внимание. Её натягивали на два конца абсолютно чужие нам люди, в то время как её муж терпел невыносимые муки, глядя на всё это.
Неожиданно, впрочем, для меня ожиданно, — Ирка громко замычала и стала извиваться на рвущих её членах, — оргазм даже свалил её на мой живот, прямо в лужицы подсохшего семени. Ей было уже не до минета, она стонала во весь голос, руками рвала покрывало и продолжала кончать под непрекращающимися ударами члена. Через её потное тело я чувствовал эти беспощадные толчки в глубине её живота.
Постепенно она затихла, но мужчины были неудовлетворенны. Ещё не пришедшую в себя толком Иринку, в четыре руки подняли с меня, я даже не успел насладиться теплом её груди. Тот, что минуту назад долбил её влагалище, опустился ниже и стал облизывать, судя по звукам её щель. Второй опять занялся её губами.
— Подождите, — сказала она хрипло, — я хочу, чтобы вы поменялись.
Оба с энтузиазмом
