что под столом (передних крышек у парт не было их и сняли для того, чтобы студенты не списывали). Увлекшись написанием ответа на билет, я, скрестив ноги, немного развела коленки, и Ф. с интересом рассматривал вид, который отрывался прямо перед ним. Ну что же, похулиганим, подумала я. Поёрзав на стуле, я добилась того, что юбка задралась не много выше, но и коленки я теперь могла раздвинуть чуть пошире, что и сделала. Думаю, ему теперь было видно между моих ног, обтянутых черными чулками, белую полоску моих полупрозрачных трусиков. Ф. назвал мою фамилию, приглашая отвечать. Встав, и идя по проходу, между столами я видела, что краем глаза он следил за тем, как подрагивает моя не сдерживаемая лифчиком грудь в такт моим шагам. Сев на стул с ним рядом, я рассказала «теорию», слушая меня, Ф. осмотрел меня оценивающим взглядом, задержав взгляд на моей груди. При ходьбе соски терлись о блузку, теперь они напряглись и затвердели, выпирая бугорками под тканью блузки.
— А задача? Знаете же, что без задачи положительную оценку не получите, — сказал Ф., и как бы ненароком положил руку мне на колено.
В аудитории оставалось еще два человека.
— Я не успела, — сказала я, — можно еще минут 15, я постараюсь за это время решить.
— Хорошо, пока спрашиваю остальных, можете решать, — ответил Ф.
Идя на свое место, я расстегнула блузку еще на одну пуговицу. Сев на стул и дождавшись момента, когда Ф. отвлекся на заполнение зачетки, сумела достать «шпоры». Задачку я успела решить как раз к тому моменту, когда за последним студентом закрылась дверь.
— Решили? — спросил Ф.
— Да.
— Давайте посмотрю.
Сев рядом с ним на стул я протянула ему листок с задачей.
— Неправильно, — сказал Ф., прочитав моё решение.
— Почему?
— Вот смотрите, — и положив свою руку на моё колено начал объяснять мои ошибки. Пока объяснял, его рука гладила моё бедро от колена все выше и выше. Я же, не сопротивляясь, раздвинула чуть ножки, что бы он мог добраться и до внутренней стороны бедра.
— Ну и что красавица будем делать? — спросил он, закончив объяснение, — вы не сдали.
— Может можно мне еще раз прийти? — спросила я, положив руку на его бедро.
— Зачем же еще раз? Все можно решить сейчас, — сказал Ф., убирая руку с моего бедра и проведя тыльной стороной руки по моей груди, по торчащим под блузкой соскам.
— Сейчас, так сейчас, — ответила я, продвигая руку к его ширинке, под которой уже образовался холм и достаточно внушительный. Ф. расстегнув еще одну пуговицу на моей блузке, запустил руку в образовавшийся вырез. Прихватив большим и указательным пальцем мой отвердевший сосок начал мять мою левую грудь. Я же справившись с «молнией» на ширинке и брючным ремнем, освободила из плена его трусов похожий на удлиненную сардельку полувозбужденный член. Мне едва хватило пальцев, чтобы обхватить его. Ф. откинувшись на спинку стула и оставив мою грудь в покое, из-под полуприкрытых век наблюдал как я подрачиваю его вставший, пульсирующий от притоков крови член. Взяв меня за руку, он потянул меня к себе, как бы приглашая, чтобы я сама насадилась на его член, который от моих поглаживаний и подрачиваний, стал как каменный, длина члена была как минимум сантиметров 15—17. Встав со стула, подняв юбку, я сама сняла свои трусики и положила их на стол преподавателя. Ф. сидя на стуле с торчащим из расстегнутых штанов членом с легкой улыбкой смотрел на меня; как я в задранной до пояса юбке насаживаюсь на его член. Такой толстый мне попадался лишь однажды, и сейчас помня о том, что моя щелочка должна привыкнуть к его размерам, садилась на него медленно и осторожно. И хотя смазки у меня было достаточно, в меня он входил настолько туго, что мне пришлось насколько возможно шире раздвинуть ножки и чувствовала каждый сантиметр его каменной
