есть проверка веры. Теперь о произошедших событиях. Тётя знала, опасность био-фетишей, что если в свежей моче человека сломать иглу — это чёрная магия, то можно погубить человека. Не всё, наверное, знает наш профессор. Думаю, у тёти были все основания считать, что отвергнутый ухажер со зла обратился к колдунье, причём не шарлатанке, а настоящей и та ему реализовала месть. Конечно, нужно какое-то заклинание говорить, что-то соблюсти, но горячую мочу он добыл, а остальное — дело чёрной техники.
— Что-то типа колдовства вуду? Там ведь куклу жертвы или фотку иглой. Колют или жгут. Значит, золотой дождь подвёл ученицу, вспомнил песенку про стервятника из «Золота Маккены»: «Вновь, вновь золото манит нас. Вновь, вновь золото, как всегда, обманет нас!»
— Наверное. Только тут иное золото. Очень опасно отдавать недругам свежую мочу. Она ещё часть человеческого естества, её выделившего. Вот такие последствия торговли фетишами навынос!
— Потому, наверное, это бессознательно, на уровне инстинктов и манит фанатов. Недаром животные так метят свою территорию.
— Дальше, тетя, узнав, что смерть нелепая и материальных причин её нет. Открывает книгу и чёрной магией мстит убийце. Как это сделала — только она знает. Но призывает, естественно, братву Сатаны. Помнишь, про хвост и копыто? Рога, хвост и копыта у кого? Он-то и «помог» убийце сыграть в ящик! Но за такую услугу нужно платить и немалую цену, она ездит на исповедь к монаху, которому верит и кается там. Кается не за измену, а за возмездие. Ну, а дальше расплата.
— Жуть! Хотя...
— Ты, конечно, скажешь, что можно было отомстить, не жертвуя собой. Науськать её жениха — пусть возьмёт смертный грех на душу или нанять киллера. Только учти, тетя не из криминальной среды и личных киллеров не содержит, да и шантажируют они после исполнения своих заказчиков. Всё ж она пропустила удар ниже пояса, недооценила угрозу. Нет! Тётя — дама гордая, брошен вызов роду, она его приняла и как посчитала нужным, так и сделала!
— Да, это — верно.
— Еловая веточка — подсказка, про иголку, ещё — еловая ветка — часть похоронных венков. Это известно. Вот так. Если я не права, то в чём?
— Всё логично, если верить в существование магии.
— Не хочешь — не верь. Найди другое объяснение. Но книга пусть-ка побудет в недосягаемом месте.
— Чёрное и белое. Белое и чёрное. Давно тебе хочу сказать, ты — не Чёрная Королева!
— Да, я отошла от дел...
— И никогда не была. Цвет не твой! Я по жизни всех Домин делил на Белых и Чёрных. Белые — это королевы, им поклоняешься, обожаешь, веришь в них. Чёрные — это ведьмы, садистки, к ним тянет, но тут животный манит страх, их агрессия, а не любовь.
— Хмм. Что-то в твоих словах есть. Может мне перекраситься в блондинку? — Смеется Госпожа.
... Мы дома. Госпожа на диване играет с котом, который жутко соскучился.
— Хорошая концовка — утром съездили в Петергоф, а вечером дома. Летняя резиденция монархов меня всегда настраивает на оптимистическую ноту. Самсон со львом — это душераздирающее великолепие!
— Точнее, пастераздирающее! Садо-зоо-некрофилия в золоте и струях. Быть в Городе Дождей и не съездить туда — себя обокрасть!
— Кстати, как насчет ролевой игры по сюжету детской сказки?
— Ничего кроме «Колобка» не придумал. «Я от дедушки ушёл, я от бабушки ушёл...»
— Тянешь меня на роль бабки?
— На роль лисы. Лисы-убийцы!
— «Сядь ко мне на носок, да пропой ещё разок»? И ты задом своим мне на нос будешь громоздиться? Нет! Будет «Сказка о рыбаке и рыбке». Я буду старухой (терпеть не могу эти роли и тебе за это достанется!) и золотой рыбкой, кот (она потрепала рыжую бестию) будет корытом, роль без слов, он справится. А ты будешь стариком и морем. Смотри, как у Хемингуэя
