В меру упитанный капитан исправительной зоны строгого режима, вызвав заключённого под номером 159, приказал вычистить его грязные сапоги до блеска.
Заключённый под номером 159, взяв грязные и вонючие сапоги капитана, вышел в умывальную комнату, где стояли умывальники, и стал тщательно под струёй сильной воды из крана смывать грязь с вонючих сапог.
Очистив сапоги от грязи, заключённый под номером 159, поставил сапоги на батарею сушиться, тем временем, когда они сушились, у него было свободного времени около часу.
— Слава богу, хоть перекурить можно, — и достав сигареты, прима из красной потёртой пачки, он с наслаждением сделал первую затяжку, — хорошо, — подумал он.
Прошёл час, а сапоги так ещё и не сохли. Командир сидел в своём кабинете без сапог, и ждал когда же их принесут.
В это время, заключённый под номером 159, так же ждал, когда же эти сапоги высохнут, все ждали, зона вся тоже, ждала, выхода командира, и с трепетом переговаривались, что сегодня будет на вечерней перекличке. А сапоги так всё ещё не сохли.
Заключённый под номером 159, обладал абстрактным методом мышления, и он, сопоставив все голые факты, понял, что всё зависит от горячей батареи, и, включив наконец-то вентиль на всю катушку, батарея заурчала, и стала пробивать теплом, так необходимое для сапог.
Достав по счёту четвёртую сигарету, заключённый под номером 159, взглянул внутрь сапог, проверяя, скоро ли они высохнут, в нос его ударил крепкий кисло — щемящий запах потливых ног командира, в носу даже защекотало что-то, чуть — чуть закружилась голова, — скоро подсохнут, — подумал своим абстрактным умом заключённый под номером 159, и зажёг спичку прикуривая приму. В это время, дверь в умывальную открылась и на пороге появилась крупная дама, супруга начальника зоны. По стойке смирно заключённый под номером 159 вытянулся в струночку, его сигарета так и осталась в правой руке, та дымилась предательски его, окутывая своим витиеватым дымком.
— Ты кто? и что ты тут делаешь, — спросила грозно супруга начальника зоны.
— Я, заключённый под номером 159, и сушу здесь сапоги вашего мужа, ваш муж сидит без сапог в своём кабинете и ждёт с блеском начищенные сапоги, для вечернего выхода на перекличку зоны, — отбарабанил заключённый под номером 159.
— Ага, попался, значит, — сказала грозно супруга командира, достав ключ и, закрыв умывальню, она подняла свою просторную юбку и скомандовала, — лезь быстрей туда и вылижи всё там у меня до блеска.
Диалектика, она и есть диалектика, командир, ждал своих сапог, сапоги стояли на батареи, батарея тихо журчала, супруга командира также тихо мычала от удовольствия, и только один заключённый под номером 159, работал своим языком, абстрактно думая, — вся зона теперь будет ждать моего языка, значит, язык это и есть главное, и на зоне и для гениталий и для народа, ведь без него все бы мы молчали, и не говорили бы, так думал по абстрактному заключённый под номером 159.
Конец.
