С Катей мы встречаемся уже года два.
Я — семейный мужик, имеющий двоих детей и абсолютно приличную жену, повёлся на Катерину давно. На протяжении более чем трёх лет я только тайно заглядывался в её сторону, не смея и предложить что-то такое. Тем более, что позже она похоронила мужа и осталась одна с двумя дочерьми. Я не говорю уж о том, чтобы предположить такую возможность и при жизни её супруга. А уж в такой ситуации приставать к ней было на мой взгляд, нехорошо, учитывая, что мой интерес к ней не был просто кобелиным желанием. Я просто сходил с ума, глядя на её миниатюрную стройную фигурку, симпатичное личико. И не имело значение, что она старше меня на семь лет. Просто нравилась, и всё тут. Затрудняло и то, что в сторону мужиков она и не смотрела, как будто не было вообще вокруг особей мужского пола. Насколько я знал, все попытки окрестных ухажёров были пресечены самым жёстким образом. И я понимал, что моя попытка также потерпит неудачу. Как сказал один персонаж из вестерна: «Эта девушка неприступна как Форт Нокс».
А Катя действительно выглядела как девушка в свои тридцать семь лет и незнакомые часто принимали её за подружку или старшую сестру дочерей.
И так шло время. Я смотрел иногда на неё издали, перебрав попутно не одну более или менее приличную женщину из нашего маленького городка. Слухи распространялись здесь быстро и я довольно быстро заимел репутацию «ещё того бабника» — как-никак, директор местной школы и все мои подвиги кто-то да замечал — такова цена того, что у всех на виду. Я не пропускал ни одной приличной женщины, хотя и не был сексуально озабочен, но не связывался с дешёвыми бабами. Скорее, искал что-то для души. Но всё это было не то. Я упорно косился в сторону Катерины.
И неизвестно, сколько это продолжалось бы, пока не помог случай.
Под Новый год угораздило меня встретить двух старых приятелей: оба пьяные, но в полном сознании куролесили на джипе, празднуя какое-то событие. В итоге я оказался в той же компании. Не помню как, мы оказались в доме нашей общей знакомой — Веры Петровны. И тут-то я протрезвел, увидев, что у неё сидела Катя. Я и забыл, что они — подружки с Верой — одноклассницы. Хотя Вера Петровна выглядит намного старше и настолько же больше по габаритам. Компания оказалась весёлой: пили, пели и болтали. Потом я оказался на веранде с Катей (мы вышли покурить). И тут спиртное развязало мне язык. Волновался я как пятнадцатилетний пацан, ну и выложил всё как есть — рассказал про все мои чувства к ней. Состояние моё при этом было близко к обморочному — прыгало сердечко и дрожали колени. Закончилось всё поцелуем. Потом мы всю ночь бродили по городку, взявшись за руки как дети.
Через несколько дней Катя стала моей — то есть мы оказались в одной постели. Как оказалось, к сексу она была почти равнодушна (не в укор её покойному мужу, которого она всё — таки любила). В первое время, когда я утомлял её бесконечными вторжениями в её сокровище и она уставала. Бессильно раскинув ножки и руки она покорно впускала меня в себя, потеряв счёт «брошенным палкам». И только когда я наконец в последний раз впрыскивал в неё струю спермы и сползал с неё, она устало вздыхала: — «Ты — маньяк, бабник»! А я не мог насытиться её телом, бесконечно ласкал её и шептал сумасшедшие слова. Вскоре она постепенно вошла во вкус и уже вела себя в постели достаточно оживлённо (помогли мой опыт и бесконечная нежность к ней). Помню её первый оргазм, когда она, выгнувшись, простонала: «Господи»! И вслед за этим я выстрелил в неё такую мощную струю, что она издала протяжный сладкий стон. И под мои бешеные толчки в неё она плакала и говорила такое: что мой член опять налился силой и она получила вторую порцию спермы. Прошло немного дней и в одну прекрасную ночь мой дружок был вознаграждён таким сладким призом, как минет: Катя взяла его в рот робко, видимо, не решаясь. Но добровольно.
