пока не превратился в сплошную массу, за которой исчезли Госпожа, оба самца и вся комната... Всё стало матово-белым, ужасающе-пронзительным, потом пространство пробили мириады изумрудных искр. Где-то я такое уже видел. И всё погрузилось в тьму и безмолвие.
... Я лежал во тьме на чем-то мягком. Шло время. Шок проходил и в мозгу, как ленивые насекомые, проползали какие-то бессвязные мысли и абстрактные образы.
Наконец я стал различать обстановку. Оказалось, я лежу на кровати в незнакомой комнате, вроде больничной палаты, надо мной зависла тренога с капельницей, рядом на столике тихо пощелкивали какие-то медицинские аппараты... Вскоре надо мной возникло лицо. Симпатичная молодая медсестра, заметив, что я очнулся, приветливо улыбнулась:
— Как Вы себя чувствуете?
... Утро. Я проснулся, в палате полумрак. Рядом с кроватью сидит Дама и ... держит мою руку. Она — красавица, жгучая брюнетка в сине-зелёном под цвет глаз деловом костюме.
Эту Женщину я люблю.
— Привет. Как ты?
Она заговорила, и все привычное стало возвращаться, таяла тревога и депрессия, и я наливался жизненной силой. Начался тихий диалог двух близких людей. Потекла другая жизнь.
Умри, но не сейчас.
— ... Мне многое не ясно! Я запутался.
— Давай вместе разбираться. Итак, когда ты потерял сознание, там, после моего секс-экшн...
— Которого по счету?
— То есть? Ты помнишь, я была с мужчиной, он ушел и мы остались вдвоём...
— Но были там двое, потом кукла, потом зуб...
— Ничего не понимаю. Рассказывай по порядку.
Я стал рассказывать. Госпожа слушала молча, в напряжении. Лицо её менялось: в нем отражалось недоумение, растерянность и, как мне показалось, страх...
— Не вероятно! То, что ты говоришь — мистика. Слушай внимательно: ты свалился мне под ноги, и я увезла тебя сюда, в больницу...
— Это психушка?
— Обычный соматический стационар. Приличный. Неврологическое отделение, палата-люкс.
— Я столько перенёс. Прошу, давай без лукавства, не надо меня щадить. Всё равно всё вылезет. Там в комнате, где была оргия...
— Никакой оргии не было!
— Не может быть!
Мы долго молчали. Потом Госпожа сказала:
— Слушай и вникай. Это случилось в пятницу. Так? Мы были в комнате, там, был мужчина, сегодня воскресенье. Так? Ногти. Ты видишь мои ногти?
— Да, ногти твои шикарные, длинные, акрил?
— Нет, я ношу натуральные, иногда подломится один-два, ну подставлю протезик пока подрастёт, а эти мои... все десять.
— Как они выросли за полтора дня? — Вот именно. А твой зуб?
— Зуб на месте, целый...
— Думаешь пока ты коматозничал, тебе его слепили из металлокерамики? Выпишут тебя, сходи к стоматологу — зуб твой, родной...
— Если мне тебе не верить, то кому тогда верить! Так это был сон, хорошо, что этого не было в реале! Это просто здорово!
— Не радуйся раньше времени! Сна не было и реала не было...
Мы опять замолчали. Я произнёс:
— У психиатров есть такая разновидность полусознания. Не галлюцинация. А сумеречное сознание, никто не может докопаться, что это. Иногда сознание играет с нами в странные, иногда в страшные игры — Mine games — всякие сумрачные эффекты — сомнабулизм, дежа вю, ясновиденье, сны, которые сбываются... Похоже, меня занесло в сумеречное сознание. Туда попадают иногда при стрессе, иногда при внешнем воздействии — ионизирующей радиации или, например, или при травме, или опухоли мозга...
— Ты не один там был.
— То есть?
— В сумерках. Мы были вместе, только порознь.
— ???
— Когда я отвезла тебя в клинику, убедилась, что ты вне опасности, доктора тебя начали лечить, и требовался покой и сон. Я приехала домой, настроение было гадкое, много курила, пила чай, кот пришел, забрался ко мне на колени, и мы долго
