заниматься с нею любовью, а хочу выебать её, воспользовавшись свободным доступом к уже обнаженной тяжёлой заднице.Теперь, когда Виктория стояла в полусогнутом положении, я мог во всей красе рассмотреть сочный, пухлый бутон её пизды, в обрамлении аккуратных половых губ по бокам, и манящей щелью входа во влагалище по центру.Я положил ладонь на эту интимную розу, и ощутил, что она горит, и сочится соками от возбуждения, полностью готовая для употребления...Виктория просто истекала, так, что, вошёл я в неё легко, скользнув членом в мокрую дырочку женщины, словно к себе домой...Трахая Вику, жёстко, яростно, бешено, по-животному, по её стонам и звукам женского хлюпающего лона, я понимал, что мой напор принимается ею, и что она уже не может контролировать себя, подмахивая и слегка виляя задницей, мне в такт...Выходя из неё почти по максимуму, а затем снова, вгоняя член во всю длину, я дотягивался до её груди, и бесцеремонно разворошив блузку, сорвав бюстгальтер, терзал обнажившиеся сиськи, благодарно отвечавшие на это напряженными от возбуждения, сосками...Каждую атаку моего члена, Виктория теперь сопровождала глубокими, грудными «аааааааахххххх», звонко звучащими в тиши офисного пространства.Наконец, я излился прямо в неё, и меня передернуло от удовольствия, после чего, я её отпустил.Тяжело дыша, и по-прежнему стоя в бесстыдной позе у стола, с выпяченной, подрагивающей от напряжения задницей, ошеломленная Виктория, повернула голову.Мне было хорошо, я славно её трахнул, поэтому она нуждалась в поощрении...Буднично обтерев член салфеткой, я надел штаны, оправился и сел в кресло: — Неплохо. Только вот колготки больше на работу не надевай. Остановимся на чулках. И ещё. Не буду тебя мучить тем, чтобы ты ходила без трусов, цистит и прочая хрень, нам ни к чему, но сделай милость, не таскай больше при мне это дурацкое белье с цветочками. Вроде не девочка уже. Я теперь тебе достаточно плачу, чтобы ты покупала сексуальное бельишко. Свободна!*****Приехав на работу на следующий день, мысленно я был готов, что больше не увижу свою секретаршу.Я прекрасно понимал, что моё поведение могло оскорбить любую женщину вообще, а уж эту зрелую, балованную матрону, тем более...Виктория была на месте, хотя и метала в мою сторону гневные взгляды.Я сел в своем кабинете, занялся делами, но не прошло и получаса, как она ко мне ворвалась.Без приглашения.Настроена она была воинственно. — Степан, вчера между нами произошло недоразумение. Я не хочу, чтобы ты подумал, будто я легкомысленная секретутка, которая будет терпеть с собой подобное обращение. Я надеюсь, что ничего подобного больше не повторится!Интересно, что она рассчитывала услышать в ответ.То, что я начну извиняться, и вновь всё верну в деловые отношения между начальником и подчиненной?Или то, что я начну заглаживать своё хамство, пустившись в галантные ухаживания за красавицей-секретаршей? — Во-первых, Вика, я тебе не Степан! А Степан Иванович. Подобную фамильярность я прощаю первый и последний раз! А во-вторых, ты умеешь делать минет?Виктория чуть не задохнулась от возмущения. — Что я умею делать??? — Минет, Вика, минет... Ты сегодня удивительно тупишь... Я хочу, чтобы ты сейчас мне отсосала. И давай побыстрей, у меня через полчаса совещание.Лицо Виктории, исполненное праведного гнева, надо было видеть.Ради одного этого, стоило затеять всю эту интригу. — Да как Вы смеете??? Я... я... Да за кого Вы меня принимаете!!! Я... Я... Увольняюсь!!! Слышите?!!! Увольняюсь!!! Немедленно!!!Повернувшись на каблучках, в слезах, женщина выбежала из моего кабинета, хлопнув дверью... Мне было немного жаль, того, что всё так быстро закончилось, но вести себя по иному с этой дамочкой, я не собирался. Виктория увольнялась из моего офиса полдня. Всё можно было сделать за 20-ть минут, но она явно тянула, настойчиво попадаясь мне на глаза, метая глазами молнии, и всячески
