Мы двинулись через адскую смесь перегара, сигаретного дыма, духов и потных от фрикций тел. — Что это, мать твою, за притон?!Под моим напором Сэм отступил, развел руками. — Машка, так мы на два часа опоздали! — Сам ты Машка! — расстроилась я. — Ладно, веди меня, гад, туда, где наливают.Сэм с облегчением рванул куда-то кабанчиком, как оказалось — в ванную комнату. Я уже хотела снова выругаться, когда заметила отмокающие в холодной воде бутылки. — Госпожа, чего желаете? — шутовски изогнулся Сэм.Я выбрала водку с тоником. Пока Сэм выбирал бутылки, искал тоник, мешал в нужно пропорции, я вдруг задумалась. Собственно, а что я ищу в своей жизни? Мальчик, ведущий себя как девочка, одевающийся как девочка... что это? Отвратительное или глупейшее посмешище? Карикатура биологии? Что нам вообще, педикам, нужно в жизни? Пососать член? Дать в попу? Черт... а ведь именно так и думает большинство людей. Никто и мысли не допускает, что нам хочется простейшего, как всем людям, банального, но вместе с тем своего, оригинально счастья. Любви, заботы и ласки. И ради этого мы готовы идти до конца, как ни двусмысленно это звучит. Готовы быть изгоями общества, служить объектами для насмешек, но сами мы всегда видим похоть и желание в глазах осуждающих. Ведь нормальному человеку просто пофиг на нас, так же, как и на остальных людей... — Я сейчас расплачусь, — ответил Сэм, когда я закончила изливать душу под действием пятого коктейля.Я хотела жестко выругаться, когда в ванную ввалилась пьяная вдрабадан девчонка, абсолютно голая. На груди, животе и на волосах на лобке свисали белесые тягучие капли. — Че не трахаетесь, суки? — каким-то чудом вымолвила она.Сэм глянул искоса, взял в одну руку бутылку водки, сунул подмышку тоник, и подхватил меня за талию. — Пойдем, — скорее ощутила я его голос за ушком, — найдем тихое местечко.Странно, но я согласилась, хотя настроение было ни к черту.Уже сразу после порога я ощутила, как объятия Сэма стали более крепкими, читай — интимными. — А твои друзья не осудят? — усмехнулась я. — Ты о чем? — Тут полно легкодоступных девчонок, — прошептала я, переступая за Сэмом тела в коридоре. — А ты привел... — А я привел человека. Ты права, Машка... — Марина! — Ты права, Машка, тут полно адекватных и легкодоступных людей, и всем на всех плевать. Тут можно быть самим собой.Странно было слышать такое от не слишком умного и пьяного парня. Я ожидала чего-нибудь попроще, в духе кухонных размышлений о непреодолимой тяге физиологии, как любит оправдывать свою скотскость или слабость быдло, а тут...Мы вошли с зал. На диване шло масштабное действо с пятью участниками. Двое парней имеют девочку снизу и сверху, третий восседает на спинке дивана, давая облобызать стонущей гетере скипетр страсти, а пятый с прилежностью ботаника вылизывает девушке анус, вагину, а заодно и оба трахающих их члена, при этом надрачивая свой. — Тут не занято? — неожиданно Сэм подтолкнул меня к дивану.Ответом послужило нечто проповедническое: — Ебитесь, дети мои!Сэм аккуратно подвинул спящую на краю дивана девочку в одних трусиках. Усадил меня к себе на колени. При это его рука нежно прошлась по животику девчонки, заползла под трусики. Одновременно я ощутила нечто твердое в его джинсах. Уже хотела съязвить, когда он меня крепко поцеловал. Порядком захмелевшая, я приняла его язык, дала пошнырять по моему рту, а потом начала его сосать. Нежно, глубоко, с легкими поцелуями губ. Поцелуй затянулся, пропорционально объятия Сэма только усиливались. В тот момент, когда у меня уже не хватало воздуха, он вдруг перевернул меня и уложил на диван. Навалившись сверху, снова стал целовать. Но на этот раз просунул между нашими губами свои ... мокрые пальцы. Даже через водку и тоник я ощутила чуть кисловатый вкус и запах женщины. Это были его пальцы, которыми он трахал спящую девочку — Что у нас тут? — возник где-то
