ставя меня раком. Я послушно становлюсь на колени и упираюсь в диван локтями. Хозяин руками раздвигает мои половинки и полностью вгоняет в меня свой член. Он трахает меня так интенсивно, что я чувствую, как начинают дрожать мои коленки и в моих трусиках становиться мокро... Он продолжает насаживать меня всё быстрее, и я чувствую, как в моей попе становиться всё теснее, Хозяин замедляет ритм, делает несколько глубоких движений и моя дырочка с хлюпаньем освобождается от его члена. Хозяин откинулся на спинку дивана, тяжело дыша, а я так и осталась стоять на коленях с оттопыренной кверху оттраханой попой и задранным до головы халатиком. Спустя минуту я вздрагиваю от прикосновения его руки к мой попе.
— А ты и впрямь заправская шлюха! Не ожидал, Анечка, что ты окажешься такой аппетитной! Я ведь сперва тебя выдрать хорошенько хотел! Соблазнила, потаскушка! Ладно, я подумаю, как тебя наказать за такое своеволие.
— Простите меня, Господин! Я так хотела доставить вам удовольствие! Но понимаю, что заслужила наказание...
— Ну что ж, отлично. Для начала сними Халатик, трусы и разуйся.
Я встала с дивана, сбросила халатик, развязала босоножки, стянула по ножкам трусики до пола и вышла из них, оставшись перед Хозяином лишь в чулках.
— Хорошо. Взберись на бильярдный стол и стань на колени. Вот так. Плотно сожми вот этот шар, — он вставил мне между бёдер, под самой попой бильярдный шар, — а эти два возьми в руки и если во время порки хоть один шар выпадет, наказание добавлю.
Я стояла посреди бильярдного стола на коленях, в одних чулках и сжимала бёдрами шар, держа в руках ещё два перед собой, когда он снял со стены плеть с тремя кожаными хлыстами. Господин стал сбоку от меня, расправил плеть, и порка началась. Я громко вслух считала удары, вперемежку со вскрикиваниями и всхлипываниями, когда кожаная плеть оставляла на моих ягодицах горячие полосы и то сжимала, то напрягала ягодицы, стараясь не уронить шары. После двадцатого удара, когда мои половинки видимо, были уже все в багровых полосах, наказание усложнилось. Ещё один шар Господин добавил мне между колен, и шар между бёдер стало значительно сложнее удержать и ещё один мне теперь приходилось удерживать пятками. Плеть снова рассекла воздух и ещё десять хлёстких ударов по моей и без того пылающей попе. И на одиннадцатом ударе со стуком на стол упал шар, который я зажимала бёдрами... Дополнением к наказанию был бильярдный кий, рукоятку которого мой Хозяин, не церемонясь, вогнал мне в попу. Теперь, когда я вздрагивала при очередном ударе, кий упирался в стол и надавливал там, внутри попы и от этого вместе с нестерпимым жжением от порки хотелось кричать от удовольствия. После сорокового удара Хозяин отбросил плеть, полюбовался моей исполосованной задницей и сказал:
— Сейчас я пойду в душ, а ты за это время раздевайся догола и марш в парилку, дожидаться меня там. Ляжешь на скамейку и будешь ждать, я приду, и мы продолжим наказание!
Он направился в кабинку, а я слезла со стола и сразу же побежала к бассейну, что бы смочить холодной водой выдранную попу. Я с облегчением вздохнула, когда холодная вода остудила мои пылающие от плети ягодицы. Я присела над бассейном на корточки ещё несколько раз сбрызнула попу водой. Я провела руками по бёдрам, по своим половинкам, под пальцами чувствовались вспухшие полосы... вспомнив, что Господин скоро помоется и придёт продолжить экзекуцию я быстренько стянула чулочки, отстегнула пояс и совершенно обнажённая вошла в парилку. В парилке было не так уж и горячо и я подумала, что, наверное, это и хорошо, легче будет принять наказание. Я вытянулась на нижней полке, положив руки под голову. Через несколько минут вошёл Хозяин, в руке у него была розга.
— Ну что, продолжим, — сказал он, — согни ноги в коленках, я буду пороть тебя по пяткам! Когда будешь ходить на
