организму, настроение слегка праздничное.Наконец, ты откладываешь бритву, вытираешь лицо и поворачиваешься ко мне. Протягиваю тебе полупустую бутылку. Ты ставишь ее на камин и внезапно выхватываешь меня из кресла. — Много пить — очень вредно, — шепчешь мне в ухо. — Чему вас только в Академии учат. — Дуэль. — я пытаюсь дотянуться до вина. — Утром, однозначно, дуэль. За попрание прав и свобод личности. — Проиграешь. — ты ловко роняешь меня на кровать. — Ты всегда проигрываешь. — П"смотрим. — кидаю в тебя подвернувшейся под руку подушку. — Эт"мы посмотрим.Подушка отправляется в обратный полет. Эх, не поймала. Ничего, еще одна есть!Думаю, что малочисленные соседи удивляются дикому хохоту и адскому скрипу кровати и запечатываю стены безмолвием. Пусть их сну ничего не мешает. — Ну, все, сдаюсь! — я поднимаю руки вверх. — На милость победителя!Ты наклоняешься ко мне и теперь можно целоваться, жарко, так чтобы не хватало воздуха, чтобы все нервные окончания сосредоточились на губах и кончике языка.Кровать угрожающе поскрипывает под ногами, одеяло путается в них и потихонечку мы перемещаемся в горизонтальное положение. Я сверху, сквозь тонкую ткань трусиков чувствуется все увеличивающийся в твоих штанах бугорок. Несколько скользящих движений и, кажется, что еще чуть-чуть и штаны не выдержат. Ты пытаешься стянуть с меня рубашку, помогаю. В комнате определенно стало теплее.Твоя шершавая ладонь находит мою грудь, гладит, пальцы зажимают и без того уже стоящие соски. Другой рукой ты пытаешься дотянуться до ремня. Слегка приподнимаюсь, и направляю ее на более полезное дело. Пальцами провести по влажной ткани трусиков, отодвинуть их с пути, и плавно и сильно надавить на клитор. Да, не легкие поглаживания, а сильно, даже жестко. Ну по крайней мере с невербальной коммуникацией у хорошего бойца проблем никогда не возникает. И можно на некоторое время растаять, отдавшись сильным и нежным рукам.По позвоночнику снизу вверх пробегает жаркая волна дрожи, заставляет прогнуться назад, запрокинув голову. От внезапно взорвавшегося наслаждения слабеют колени. Глубоко вдыхаю, и чуть задержав воздух в груди, медленно выдыхаю. — Подожди, — убираю твою руку и сажусь рядом. На этот раз с ремнем не вышло никаких заминок. Наклоняюсь и губами скользнув по члену, глубоко принимаю его в рот. Плавно, сильно ласкаю языком. Несколько глубоких движений, отпустить, кончиком языка провести вокруг головки, и снова плавно принять. Движения чуть быстрее, ты сжимаешь мою ладонь. Напряжение и горячая жидкость наполняет мой рот. Глотаю и поднимаюсь. — Если бы я курил, — ты пытаешься усмехнуться. — А я вот все-таки выпью. — я слажу с кровати, подхожу к камину и неспешно пью. Думаю, что на фоне огня моя фигура выглядит вполне неплохо. Вино нагрелось и слишком отдает привкусом смородины. — Иди сюда, — ты залез под одеяло. Возвращаюсь в постель. Под одеялом тепло. Разгоряченные тела пахнут мускусом и внутренний голос подсказывает что вечер еще не кончился. Расслабленно лежать в обнимку, слушать, как успокаивается дыхание, как бьется сердце.В голову начинают закрадываться различные мысли. Иногда думаю, что нужно было выбрать Свет, а не Хаос. Возможно, тогда было проще. Но отказаться от телесных желаний? (Специально для sexytales.org— секситейлз.орг) От ярости, гнева, похоти, от всей темной стороны человека? Вряд ли. Я не верю светлым волшебникам. Мы честнее, мы платим за зло, которое творим. Зная, что это зло и что нас в итоге ждет. Накормленный до отвала девочкой в столице внутренний зверь согласно взрыкивает и снова засыпает.Из рефлексии меня выдергивает поглаживание по щеке. — Ты уснула? — Нет. Думаю. Тебя совесть мучала когда-нибудь? — Совесть? — ты улыбаешься. — Меня? Давай об этом в другой раз.Ты целуешь меня, я обнимаю
