открывая возбужденному взгляду мужа тугое колечко ануса. Он уперся в него глазами, засадил Людмиле особенно глубоко и размашисто и словно скомандовал: «Отсоси у него! Давай, Людка, возьми у него в рот!» Эти слова сыграли свою роль моментально. Руслан начал кончать, все ускоряя темп, и засаживая по самые помидоры. А Людмила, нанизанная на распухший член, снова напряглась сосками, прослезилась влагалищем и задрожала, забилась в новом, сладком до писка оргазме.
Так красиво, громко и откровенно умеют кончать далеко не все женщины. Но Людмила делала это просто бесподобно, и я обожал ее за это. Я почувствовал, что с каждым прикосновением, с каждым взглядом, с каждым словом эта женщина мне нравится все больше и больше.
И снова был душ, и снова мы оставались одни, и я фотографировал ее на камеру мобильного телефона, а она звонко смеялась и говорила: «Боже, какой ты дурачок!», но при этом даже не делала попытки прикрыть свои груди с дерзко торчащими сосками. По сю пору эти фото навевают мне самые возбуждающие воспоминания о той безумной, сладкой ночи и наслаждении которое мы сумели дать Людмиле.
Мы снова выпили, а потом выяснили, что у Руслана кончились сигареты. Мы вышли прогуляться, а потом начали приставать к Людмилке прямо на улице. Мы обнимали ее с двух сторон, ласкали ей груди и попочку, старались залезть ей под платье и добраться до грудей. Она сопротивлялась, отмахивалась, но отвечала на наши поцелуи и обнимала нас по очереди своими пленительными руками. Когда мы дошли до нашей постельки все были готовы продолжить этот сладкий эксперимент.
Теперь уже Руслан начал целовать животик и писечку Людмилы. Мы стремились превзойти друг друга, лаская ее, и желая лишь одного — снова добиться оргазма. Страстного, упоительного и оглушающего оргазма. Она лежала с высоко поднятыми ногами, а муж уже накачивал ее по-полной. Я терзал ей сосочки, гладил ей ноги, попку, живот, а она томно постанывала и жмурила восхищенные глаза. Потом я вогнал в нее свой инструмент, предварительно перевернув ее и поставив раком. Руслан тут же вставил свой неостывший и мокрый от влагалищной смазки член ей в рот и поддал поглубже. Людмила, нанизанная с двух сторон на члены, сосала все старательней и подмахивала мне своей аппетитной попкой все активнее. Когда она начала скулить мы поменялись местами, и Руслан снова опрокинул ее на спину. Его член работал как поршень, а я тоже разогретый до предела снял резинку и приблизил головку прямо к полуоткрытому рту нашей жертвы. Людмила жадно обхватила головку губами, сама насадилась ртом на член и принялась дрочить мой конец все глубже заглатывая головку. Руслан смотрел на это и становился все более необузданным. Его руки нещадно мяли груди Людмилы, но той уже было все равно. Ее тело разрывал новый приближающийся оргазм и ей хотелось лишь одного, чтобы эти два члена трахали ее, трахали бесконечно, сладко, глубоко и безудержно. Я не знаю, успела ли она кончить до того, как Руслан выхватил своего молодца и снова обкончал ей живот и груди, но думаю, что ей было хорошо. Иначе бы она не стремилась доставить мне такое наслаждение. Она дрочила мой член все быстрее, сжимала его все крепче, а потом пропускала так глубоко в свой рот, как делала только одна женщина до нее — моя кума.
Я начал обильно и совершенно оглушительно кончать, выхватил член и залил ей все груди и соски. Троекратный заход на такую женщину требовал и наконец-то нашел свой выход. Это было сладко. Людмила дрочила не переставая, выкачивала из меня все до последней капли. Удивило меня лишь одно, когда я упал, расслабленный и обессиленный, они почти в один голос спросили: «А почему ты не кончил ей прямо в рот?» Я просто офигел! Я обожал этих ребят, да и сейчас обожаю. Мы общаемся, изредка видимся, созваниваемся. Я иногда завожу разговор о повторной встрече. Руслан говорит, что всегда готов, но Людмила отказывается.
