парней. Сами члены с верху рассмотреть было трудно и стоять было неудобно, но было очень интересно и мы терпели. Виктору было не интересно и пытаясь придержать меня сзади он гладил мою попку и грудки. Вскоре все разошлись. Виктор предложил пойти к ним, но мне стыдно было смотреть ему в глаза и уже пора было домой. Мы договорились встретиться завтра.
Я долго не спала, думала что теперь и мне нужно расплачиваться с Виктором и как ему помочь.
Я предложила сводить его в гарнизонную баньку, где мы мылись по субботам с мамой, а в рабочие дни женщины работающие по найму. Дома у Ольги я отдала Вите свою юбку, футболку и трусики а сама одела его спортивный костюм на голое тело, а на голову он одел распространенную в то время тениску. Банька находилась в общежитии и комендантша зная меня пропустила нас. Когда мы вошли в раздевалку, в душевой уже кто-то мылся. Заглянув в моечное я увидела двух женщин стоящих под душем. Кранов было много, а перегородок между ними не было и женщин было отлично видно. Виктор тоже смотрел на них, пока они не оборачивались лицом в нашу сторону. Затем в радевалку зашли ещё две женщины в форме и стали раздеваться. Нам с Ольгой тоже пришлось раздеться, а когда девушки пошли мыться Витька еще раз заглянул в душевую и сбежал. Мы также оделись и вышли. Когда дома Ольга спросила его, почему он ушел, ведь можно было в трусиках зайти в моечное и больше рассмотреть женщин, то в ответ он просто снял с себя мои трусики. Его стручек торчал подрагивая от напряжения. Ольга присела и начала подрачивать, а парень не отрываясь смотрел на меня. Взяв мою руку он положил её на свой орган, и я не испугалась и не отдернула. Ольга оставив меня наедине с перчиком раздела меня и разделась сама и мы легли на кровать. Впервые мы поцеловались, а мальчишецкая рука коснулась моего тела. Пока мы обнимались Ольга принесла немного вина и мы выпили, а потом немного захмелев рассматривали свои тайные места. Не знаю чем бы это кончилось, но опять пришла их мать. Недели две я боялась встречаться с ними. Потом я уехала в лагерь, а с нового учебного года отца перевели на новое место службы и мы расстались. Почти год мы переписывались и Ольга писала, что её изнасиловал материн ухажер, а Витька ранил его ножом и его отправили в колонию. Мать однажды прочла её письмо и запретила мне писать, сказав что она на меня плохо влияет. На этой почве мы поругались и я сказала, что знаю что все этим занимаются. Мы долго не разговаривали но у меня начались месячные и мать очень тонко и тактично объяснила мне все плюсы и минусы новой ступени в моей жизни после чего мы подружились и однажды я призналась ей в том, что я видела из-под дивана. К моему удивлению она не смутилась и не выругала меня, а очень спокойно и тихо произнесла, что она желает и мне испытать в жизни такие моменты, когда кроме любимого тела, не имеет значения мужчина это или женщина или каким видом секса вы занимаетесь. Кроме вас в это время никого в мире не должно существовать. Это пожелание я помню и сейчас, и оно помогло мне оправдать свой поступок в поезде.
Вспомнив это, я поняла что была в его возрасте не лучше, и эти воспоминания опять принесли мне некоторое успокоение. Сладко потянувшись и сняв ночнушку, я одела трусики и лифчик и вышла во двор. Возле туалета на корточках сидела совершенно голая Вера и из бутылки подмывалась.
— Пока они спят можно дать телу свободу, — сказала она протягивая мне бутылку.
Сняв трусики я сходила в туалет и тоже сполоснув промежность пошла досыпать.
Многие говорили мне, что я, очень похожа на артистку Ларису Удовиченко и это я считаю комплиментом в мой адрес, потому, что и мне она очень нравится. Я люблю носить узенькие плавки, подчеркивающие мою оттопыренную попку, хотя и за другие части тела мне не приходится краснеть. Третий размер лифчика придает отличный вид моему бюсту, а подпрыгивания их при быстрой
