на кухню. Там она навела литровую кружку воды с марганцовкой, и заставила их всё выпить до дна. Дети почему то не сопротивлялись, но пили нехотя. На кухню зашел Паша, и спросил:
— Катёнок, в чём дело?
— Представляешь, эти идиоты напились шампуня, и ещё неизвестно чего. Теперь они отравятся, а мне потом отвечать за них перед родителями. Вас рыгать не тянет? — спросила она брата с сестрой. Те только помотали головой из стороны в сторону.
— Тогда вот вам ещё. — Катя протянула им ещё одну кружку с тёплой кипячёной водой.
Через пятнадцать минут дети снова стояли на кухне перед сестрой.
— Ну как, полегчало?
Дети снова помотали головой из стороны в сторону, тем самым дав отрицательный ответ.
— Ну что теперь с вами делать, придётся ставить клизму. Паша, поможешь мне с ними справиться?
— Без проблем, а чем могу я помочь? — переспросил Паша.
Саша мигом умчался в детскую, и заперся там. Юля по прежнему стояла по среди кухни, и начала тихонько всхлипывать, готовая вот вот разрыдаться.
— Ладно, с братом мы потом разберёмся. А пока отнеси её в нашу комнату, мы её там клизмовать будем.
Паша осторожно взял Юлю на руки и понёс в комнату, как просила любимая. Положив девочку на диван он сел рядом. Юля уткнулась лицом в подушку. Через минуту появилась Катя, в руках у неё была наполовину наполненная водой грелка, несколько наконечников и баночка с подсолнечным маслом. Со стены она сняла маленькую картину, и повесила на освободившийся гвоздик грелку. Потом она выбрала самый маленький наконечник, смазала его основательно маслом, и вставила его в шланг.
— Подними её — казала она Паше,, — мне надо клеенку подстелить.
Паша поднял девочку над диваном, пока Катя стелила клеенку. Потом он также осторожно положил её обратно.
— Юля, снимай трусики, и ложись на бок, как учила тебя мама в прошлый раз.
Юля лежала не шелохнувшись.
— Ты слышала что я тебе сказала?
Юля по прежнему игнорировала сестру. Тогда Катя обратилась к Паше.
— Поверни её на бок, и держи её, чтобы она не сопротивлялась.
Паша сделал, как его просили. Катя задрала коротенькое платьице, и стянула трусики с сестры. Та даже не сопротивлялась. Потом она попросила, чтобы Паша подогнул Юле ноги поближе к животу. Катя опустила палец в банку с маслом, свободной рукой раздвинула щёчки попки сестры, и смазала ей анус. Потом она осторожно ввела наконечник в попку и открыла зажим. Юля начала немного ерзать. Ощущения повидимумо были не из приятных.
— Держи её крепче, — попросила Катя.
Паша легонечко прижал девочку к дивану. Когда все сопротивления прекратились, Паша положил руку ей на животик и начал поглаживать по часовой стрелке.
— Мне мама так в детстве делала. — пояснил он.
Катя улыбнулась в ответ:
— Мне тоже мама так всегда делала. А ты дыши ещё глубоко, тогда вообще больно не будет. — обратилась Катя к сестре.
Катя держала рукой наконечник, что бы тот не выпал, и вдруг заметила, как у сестрёнки начали появляться маленькие капельки в области половых губок.
— ОГО — воскликнула Катя — да она возбуждается!
Паша перестал гладить животик и посмотрел на красные ушки и щёки девочки, которые говорили о её явном возбуждении, либо стыда. Потом перевёл взгляд на Катю.
— Продолжай продолжай. — Сказала она ему. — Ей нравиться, а в грелке ещё немного осталось. Паша продолжил гладить животик. Капелек на половых губках стало больше, а попка ещё больше насела на наконечник, чуть ли не полностью захватив его. Катя и Паша улыбнулись друг дружке и продолжали наблюдать что произойдёт дальше.... Вскоре вода в грелке закончилась, и Катя освободила сестру от наконечника.
— Сама до туалета дойдешь?
Юля кивнула.
— Тогда вставай и иди. Прокакайся хорошенько.
Юля пулей
