вылетела из комнаты.
— Теперь осталось самой сложное, надо промыть желудок Сашке. — обратилась Катя к Паше.
— А что тут сложного? По такому же плану, я держу, ты ставишь.
— Ха, его сначала из комнаты чем-то выманить надо... — сказала Катя.
— А зачем его выманивать. Скажи ему, что его клизмовать не будут, а тебе надо убрать всё, что они там наготовили, чтоб родители не узнали. а когда он откроет, я зайду туда, и схвачу его, вот и всё.
Катя хитро посмотрела на Пашку, поцеловала его в щёчку, и пошла по направлению к детской. Вскоре был схвачен и Санька. В отличие от сестры он брыкался, кусался и сопротивлялся, но Паша справился с ним без особых усилий. Уложив его на деван, Паша крепко прижал его, пока Катя вставляла ему наконечник. Когда Санька был насажен, он начал плакать, и говорить что ему больно, надеясь надавить на жалость сестры. Но Катя не поддавалась его уловкам. Она попросила Пашу, чтоб тот подержал наконечник, а сама начала поглаживать животик, в надежде успокоить брата. Но Санька ни как не утихомиривался, и продолжал плакать. Оставалась меньше половины, когда Катя прошептала наухо Павлу. « — А его ты возбудить можешь?».
— Могу, — спокойно ответил Паша. Катя перехватила наконечник, и сказала « — Ну.»
Паша осторожно, двумя пальчиками взялся за пипку, и начал осторожно водить ими вверх, вниз, массируя головку. Не прошло и трёх секунд, как Сашин член возбудился полностью, и встал в длину примерно сантиметров тринадцать. Катя неожиданно прошептала: «Ого какой!».
Паша не растерявшись шепнул ей на ухо. « — У меня-то все равно больше», и улыбнулся. Катя тоже ответила тихо:
— «я знаю, и тоже улыбнулась». Когда вода кончилась, и не успели вытащит наконечник, Саша пулей выбежал из комнаты без всякого предупреждения и всхлипов.
— Ну что? Второй раз им промывание делать будем? — Спросила Катя?
— Это ты не меня спрашивай. — ответил Паша. — Но похоже им понравилось.
Катя улыбнулась.
— Ну хорошо. Повторим.
Через пять минут Катя вернулась с новой порцией воды для Маши.
Сестрёнка уже стояла на пороге комнаты, и ждала новой экзекуции.
— Ты уже здесь — улыбнулась ей Катя. — Ну тогда проходи, ложись.
Юля легла на диван, подогнув ноги.
— Умница. — Обрадовалась за неё сестра. — скажи, тебе понравилось?
Юля легонька кивнула.
— Если хочешь, мы можем сделать тебе ещё приятней, если ты родителям не расскажешь. Хочешь?
Юля опять кивнула в ответ.
— Хорошо, тогда лежи смирно, и не брыкайся.
Паша стоял по середине комнаты, и смотрел на подругу, не понимая что она затеяла. Катя повесила грелку на гвоздик, и ввела наконечник сестре в попку. Кивком головы она указала Паше, что бы тот начал поглаживать ей животик, как в прошлый раз. Паша неуверенно подошел, сел рядом и выполнил о чём его просили. Катя в это время свободной рукой начала поглаживать маленькую попку сестры. На этот раз Юля возбудилась намного быстрее, капелек было больше чем в прошлый раз. Когда это началось, Катя нагнулась к уху Паши, и прошептала:
— Погладь её «там», как это ты мне делаешь?
Паша посмотрел на неё, но выполнил о чём его просили. Он переложил руку на половые губки девочки и начал оторожно поглаживать. Юля лежала не шелохнувшись. Левой рукой раздвинул губки в сторону, внутри было ещё мокрее чем с наружи. Он посмотрел на Катю, та в ответ лишь улыбнулась. Паша положил два пальчика между губок, и начал массировать круговыми движениями. Почувствовав под пальцами какой-то маленький бугорок, по идее напоминавший клитор Паша сосредоточил внимание на нём, и во время «массажа» начал осторожно на него подавливать. Через минуту щёки и ушки девочки были пунцово красные, а сама она дышала ртом, крепко прижав, и скрестив руки у груди. Слышались слабые хлюпающие звуки.
— Не торопись,
