наконечник и погрузил клизму в кружку с водой, чтобы «груша» снова наполниласьбы. Сам в это время стиснул вместе Нинкины ягодицы. «Ну, вот, одна клизма успешно сделана!», я резумировал. «А сколько будем делать вообще?», Светка спросила. «Как минимум две, а то и три», я ответил, «у твоей племянницы запор не на шутку тяжелый, её надо было проклизмовать уже пару дней назад, тогда может ей хватилобы одной клизмы». «Так еслибы я знала», сокрушалась Светка, «я только сегодня вечером заподозрила неладное, поскольку ребёнок почти ничего не ел на ужин. Стала допрашивать её как «кегебешник» и еле-еле получила признание». «Ну, ладно, лучше поздно, чем никогда!», я вспомнил пословицу. Клизма за это время снова была наполнившись водой. Я опять всадил её в сраку Нинке и впустил жидкость в кишки девочке. Затем снова положил «грушу» в кружку с водой. «Дядя, хватит мне делать клизму! Я уже какать хочу!» заныла Ниночка. «Потерпи, деточка!», я ответил, держа сжатыми её ягодицы, «вот ещё одну клизмочку сделаем, тогда будешь идти какать. Всё будет хорошо, только надо вести себя спокойно и не сопротивлятся!».
«Слушай, а если ей вдруг кишки лопнут?», зашептала мне в ухо Света. «Не волнуйся!», я ответил, «поллитровая клизма — как раз норма для детей её возраста». «Ну ладно, как знаешь!», подруга неохотно согласилась. Через минуту я впустил Ниночке третьюю, последнюю клизму. Потом я положил «грушу» на пол и опять сжал вместе ягодицы девочки. Теперь, Ниночка, лежи спокойно 5 минут и не думай вставать раньше! Иначе я буду впускать тебе ещё три клизмы!», я пригрозил. «Я не выдержу! Я обосрусь тут, на диване!», жалобно заскулила девочка. «Выдержишь, не обосрешся!», я ответил, «ведь я же держу сжатыми твои ягодицы. А чтобы тебе былобы легче терпеть, дыши медленно и глубоко через рот!». Нинка начала дышать, при этом всё время всхлипывая. «Неплачь, дурочка!», я начал успокаивать ребёнка, «ты ведь уже взрослая девочка и не должна подымать такой шум из-за того, что тебе делают клизму! К тому-же, всё уже позади, теперь потерпишь немного, потом сядишь над тазиком и покакаешь. Не надо плакать, большие дети так не делают!».
По истечению 5-ти минут Светка отпустила ноги племянницы, помогла ей поднятся с дивана и присесть над тазиком. Только в этот момент я наконец перестал сжимать ягодицы ребёнка. Из сраки девочки сначала вылилось немного воды, затем стала вылезать длинная, твёрдая, черная какашка. Я видел, какие трудности испытывает Ниночка при её выжимание даже после клизм и хотел уже начать помогать ей пальцами, но какашка вдруг сама вывалилась и звонко ударилось о дно тазика. За ней опять последовало струя воды, неся с собой более мягкий. размытый клизмой кал. Девочка выдовила несколько таких порций воды с испражнениями, каждый раз сопровождая этот процесс громкой пукой. Запах в комнате стал невыносимым и я приказал Светке открыть окно. Наспоследок из сраки Ниночки начала выходить уже почти чмстая вода. «Ну чтож, по-моему мы её здорово проклизмовали?», я спросил Светку. «Да, куда уж лучше!», она согласилась, потом сказала: «Нина, иди в ванную, обмой попочку, я тебе помогу в этом. А ты, Саша, вылей содержание тазика в унитаз и вымой его, хорошо?» «Ладно!», я махнул головой. Вылилая жидкость из тазика в туалетный горшок, я ужаснулся, сколько много твёрдых какашек сидело в животе бедного ребёнка. «И она ещё не хотела, чтобы мы ей помогли избавится от этого дерьма. Ну и дура!», я подумал. Тут я заметил, что мой член стоит как башня и уже почти вырывается из брюк. Видно, процесс клизмования девочки меня сильно возбудил. Я открыл ширинку, вытенул член и, подрочивши несколько раз, кончил. Затем я спустил воду в бочке, вымыл тазик и вернулся в комнату. Светка уже укладывала спать измученную Ниночку. «Иди на кухню, Саша, я тебе кофе сварила!», она сказала. Я налил себе кофе, начал пить, вскоре ко мне присоеденилась и Света. «Ой, Сашенька, я не знаю, как
