— Вовик! А можно я, пока порожняя, с вами за столом посижу? Все бока себе там отлежала, и в горле пересохло — нет спасу...
— Ага! Пива надуешься — и води тебя потом каждые пять минут в сортир!
— Ну, че ты? Мне же рядом!
— Ладно, садись, парашница! — неохотно соглашается Вован, — Но чуть что — шланг в жопу и рысью за шкаф!
— Фу на тебя, братец...
И только то? Воображаю, что заявила бы мне моя собственная младшая сестрица, попытайся я с ней заговорить в таком ключе!
Впрочем, чужая душа — потемки...
Получив высочайшее соизволение, Жанна кошкой просачивается к столу.
— Можно рядом с вами присесть? — чувствую, как на мое плечо ложится мягкая девичья рука. Вздрагиваю. Все-таки брезгливый я, наверное, человек... Впрочем, теперь от нее хотя бы не доносится тот тошнотворный плеск, с которым она еще недавно протискивала мимо меня свой раздутый живот, направляясь в туалет. Да и ведет себя, вроде бы, прилично...
— Конечно, девушка! Вот тут как раз стульчик свободный...
— Спасибо. Меня зовут Жанна! А вас?
— А меня Сергей Михайлович! — прячу улыбку я. Очень уж не вязалась эта ее внезапная церемонность с тем, что я только что с ней проделывал, — Можно просто Сережа... Ты в преферанс играешь?
— Не, я только в дурака! — морщит нос девушка, — Ты мне лучше пива налей...
Как-то резко она вдруг на «ты» перешла... Ну, да ладно! Наливаю ей от души, полную кружку. Заслужила! Пока она с жадностью окунает нос в пену, тихонько наклоняюсь к ее брату.
— Слушай, Вован, а кто вообще первый додумался ей в жопу ссать?
— Эй, ребятки! — одергивает нас Вася, — Хорош трепаться! Преф тишину любит!
— Да не, это они про меня! — не отрываясь от кружки, поясняет Жанна, — Сергей Михайлович интересуется, за каким хером вы тут все в меня ссыте и кто первый начал!
Должно быть, мой шепот оказался черезчур драматическим...
— Ну, я и начал! — как ни в чем не бывало, отрапортовал Вован, — А что? Она зашла она ко мне как-то сразу после пляжа, прямо в купальнике и уже бухая, кстати. Ну, дернули мы с ней еще самогоночки за встречу, пивком усугубили, потом мне резко ссать приперло, а по «ящику» как раз что-то интересное было. Куда деваться? В комнате ни одной подходящей посудины. Не в пивную же канистру ссать! Заглянул за шкаф — а она там трусы переодевает. Увидал я этот сральник, думаю — о, то что надо!
Ну, и предложил ей: А она по пьяни возьми, да и согласись!
— Надо же! Вот прямо так взяла — и согласилась?
— Не, ну пришлось, конечно, разок по ебальнику приложить...
— Так. И что дальше было?
— А что было? Хотел сперва воронку ей в зад вставить, да жалко стало:
— Кого, ее?
— Не, воронку: Я ж через нее пиво разливаю! Взял тогда старый шланг от противогаза, кое-как ей в жопу затолкал, да и нассал туда по-быстрому, не отрываясь от «ящика». Хорошо еще, что у шланга с одного конца гайка железная давно куда-то потерялась, а то б я ей точно очко порвал... Клизму-то мы под это дело уже потом приспособили! Ек-макарек, во народ! С удивлением и жалостью смотрю на потягивающую уже вторую кружку пива Жанну. «Возьми, да и согласись!» Представляю себе эту сцену: «Ну-ка, Жанка, становись раком! Я тебе сейчас вот этот шланг в жопу засуну!» — «Ой, мамочки! Такой толстый?! Зачем?!» — «А ты у меня заместо сортира будешь!» — «Да ты что, Вова!!!» — «А по ебалу?» — «Хорошо, Вовчик! А больно не будет?» — «Мне — нет! Подставляй ... очко живее, а то щас пенальти бить начнут...» Ну, и так далее: Покажите мне другую такую бабу, способную на столь унизительное самопожертвование единственно ради того, что ее дорогому братцу, видите ли, просто лень было в сортир прогуляться! Нет, с головой эта семейка явно не дружит...
— А что такого?
