живот, и вытяни руки вперед, ладонями вниз! Быстрее!
Дэйвид медленно поднялся с кресла, неотрывно глядя ей в глаза. Казалось, он понял, что оскорбил ее тем, что не пытался поцеловать или обнять...
— Я что сказала? ледяным тоном спросила Мия, — сейчас же на пол!
Дэйвид подчинился. Уткнувшись в пол лицом, он не сдержал улыбку. На душе было такое ощущение, что самое страшное уже позади. В этот момент пальцы пронзила острая боль от вонзившихся в кисти шпилек. Мия покрутила ногой, как бы втаптывая его руки в пол. Дэйвид приглушенно застонал.
— Ты что-то сказал? Мия со всей силы топнула ногой по побелевшим пальцам, вырвав у жертвы сдавленный крик. Тебе для этого руки нужны, да?
— Нееет! Прости... те... прошептал Дэйвид, едва удерживая дрожь.
Мия убрала одну ногу и вопросительно посмотрела на него сверху вниз: — А для чего же?, — Мия вздрогнула, когда его пальцы коснулись ее лодыжки. Она в молчаливом удивлении наблюдала за тем, как с робкой нежностью Дэйвид гладит ее. Она убрала вторую ногу с его кисти и замерла. Его пальцы скользнули выше. Он приподнялся и прикоснулся губами к ее коленке, одновременно гладя ее бедра.
Мия не могла скрыть довольную улыбку, — наконец она добилась, чего хотела. Внезапно она подумала о том, что он делает это из страха перед наказанием, а никак не из-за страстной любви. Непонятная обида захлестнула ее, и она едва удержала нахлынувшие слезы. Мия резко шагнула в сторону и, облокотившись на стол, скрестила руки на груди. Дэйвид с недоумением уставился на нее. Еще пожалуй никогда он не испытывал к женщине такого странного чувства. Животное влечение, страх, восхищение, любопытство... Какое-то ненормальное, нездоровое желание одновременно и кинуться ей в ноги и дать пощечину...
— А ты знаешь, ты можешь идти, ты свободен. Тебя оправдали... так что вали.
Дэйвид понял, что она не шутит. Он молча смотрел на нее и никак не мог вспомнить, с чего все начиналось. Он осознавал, что произошло что-то ужасное, что-то отвратительное... Но сейчас это уже не имело значения, как будто это нечто навсегда ушло в прошлое. Он глядел на Мию и думал, что знает ее очень давно и принимает ее в любом обличии черном или белом... Он точно знал, что Она его женщина. Дэйвид подошел к Мии, и, приподняв ее за талию, усадил на стол.
— Зачем тебе эта кофта!, — почти раздраженно выпалил он, стягивая с нее одежду... И улыбнувшись про себя, подумал, что будет убивать ее медленно, в течение нескольких дней. И когда она будет почти мертва, изнасилует ее также грубо и жестоко, как и ту, первую, а потом задушит. Кстати надо будет разобраться с Алексом, — какого черта он так долго не мог договориться с судьей и убрать свидетеля? С такими-то то бабками и заставил его столько проторчать в тюрьме!
— Ты сказала, меня оправдали? Теперь ты веришь, что я невиновен?, — Дейвид шептал в ухо разомлевшей женщине, — у меня за городом домик, съездим на днях?..
