Воспоминание из детства, когда он был совсем пацаном, заставило повернуть его к лесу. А в ушах стоял собственный крик. Он кричал, взывая о помощи. А болотная жижа медленно и неумолимо засасывала все глубже и глубже. Тело Гаврила передернулось от ужаса воспоминаний. Хорошо, что рядом оказалась бригада лесорубов, вытащили, не дали погибнуть. Так, гонимый воспоминаниями, он добрался до леса. Гаврил достал карту, опытным взглядом осмотрел лежащий перед ним ландшафт, и понял, лучшего места, чем та поляна, им не найти. Ширина суши чуть более двухсот метров, за сопкой сплошные болота. Если беглецы и пройдут, в чем он очень сомневался, то они пойдут именно здесь, нет другого пути. Тут-то они и попадутся им в руки. Мысль о возможном вознаграждении в десять тысяч зеленых, прибавила силы. Он захватил две внушительных березы, лежащие под ногами, не заметив, как из нагрудного кармана выпали именные часы и, громко сопя, поволок их к лагерю, оставляя широкий след на траве.
В лагере все было готово к ночлегу. В костре весело трещали дрова, в котелке булькала каша. Рядом с костром умелец Рябой соорудил что-то вроде палатки, натянув веревку между двух ив и, перебросив через нее полиэтиленовую пленку. Сергей нарезал большую охапку травы для подстилки. Тут же рядом, Сухой возился у импровизированного стола.
— Ну, что там? — отставил он банку раскрытой тушенки, когда Гаврил, тяжело дыша, втащил на поляну тяжелый груз.
— Сходи, посмотри, если тебе любопытно, — огрызнулся тот, присаживаясь у костра. Над болотом снова нависли вечерние сумерки.
— Ладно. Все чисто, — отдохнув, смягчился он.
— Ну что, начнем, — повеселел Сухой и обратился к Сергею. — Доставай!!!
— Что доставать? — прикинулся тот.
— Ха! — усмехнулся Сухой. — Не жадничай, доставай.
Сергей, немного смутившись, развязал свой рюкзак.
— Что? Уже обыскали, — обиделся он, доставая бутылку.
— Да ладно ты, успокойся. Садись лучше к столу.
Вся компания дружно расселась вокруг стола. Обиды были забыты. Гаврила разлил содержимое бутылки в четыре алюминиевых кружки, обделив себя ровно наполовину.
— Ты что, глазомер потерял? — удивился Сухой.
— Нет. Скоро на связь. У Кима хороший слух, сразу поймет, что мы квасим. Ну, будем... — произнес он коротенький тост, и залпом опорожнил свою кружку. Остальных не пришлось уговаривать. Сразу дружно зазвякали ложки, а над поляной нависла кромешная тьма, лишь временами разгоняемая яркими вспышками костра.
— Сколько там времени, не пора ли на связь, — Гаврил полез в карман за часами. На его лице появился испуг. — Кто-нибудь видел мои часы? — глазами он шарил вокруг костра.
— Нет, не видели, — первым ответил Рябой. — Что потерял?
— Где же я мог их потерять? — обшарив всю поляну, остановился Гаврил. — Наверное, в лесу... Я пойду посмотрю.
— Ты, что, обалдел? — остановил его Сухой. — Темень какая. Утром посмотришь. Они ведь у тебя капитанские, ничего за ночь с ними не случится.
— Ты прав. Сколько времени?
— Через десять минут на связь, — ответил Сухой, распечатывая вторую бутылку.
— Не торопись, — остановил его Гаврил. — Лучше открой еще пару банок тушенки.
Через десять минут, получив указания по рации, компания снова села за стол. Веселье шло полным ходом. Одна за другой в кусты летели пустые бутылки. Казалось, охотники забыли, зачем они здесь. Шум, хохот, клятва в дружбе еще долго разносились над безмолвным болотом но, усилившийся дождь, загнал всех под тент.
— Все... Хватит... Пора спать, — едва ворочая языком, приказал командир, складывая к огонь заранее нарубленные березовые поленья. — Кто первым утром проснется, будите меня...
— Командир, — обратился к нему Сергей. — Что, караул выставлять не
