Все события происходили в 1984г в Ленинграде. За псевдонимами Элизабет, Лена и Серж — стоят реальные люди (в то время — студенты Академии живописи), с чьих слов и рассказов было написано всё нижеследующее. Мысли, монологи ощущения героев в тексте надиктованны ими самими. Некоторые сцены описаны автором так как он их видел.
Текст был набран в 1995г., а при читке 16..04.2000 по этическим соображениям был убран ряд сцен, но это не повлекло никакого изменения идеи рассказа.
Элизабет любила спать голой (не обнаженной, а голой — применительно к себе она этого слова не признавала). Она спала без ночной рубашки, хотя второй год просыпалась одна, — редкие случайные гости, приходившие и уходившие быстро и бесследно, не в счет. Элизабет не любила утро, а это ей не нравилось совсем. Она спустила ноги с кровати и босиком пошла в ванную. Горячий душ возвращал ей если не бодрость, то спокойствие. Вода разгоняла остатки сонной слабости.
Вытираясь, она глядела в зеркало — не от того, что любила рассматривать себя, но скорее машинально, привыкнув быть в форме. Тонкие руки, острые локти девочки-подростка. Она подняла руки, вытирая голову (узкие запястья, ногти, как всегда, без маникюра, никакой вульгарности). Прикосновение полотенца к животу и к бедрам будоражило её, возбуждало, но лишь слегка, — что не говори, а зациклина на сексе она не была. Своими ногами она вправе была гордиться и никогда не носила макси.
Тонкая лодыжка, узкая ступня с аккуратными, без следа мозолей пальцами.
Светлые волоски на голени почти незаметны. Элизабет уже накинула халат, когда в дверь позвонили. Не надевая тапочек Элизабет подошла к двери. Открыв дверь она увидела Виктора и незнакомого молодого человека. Друзья были навеселе, и объяснили своё прибытие желанием пополнить свою компанию ещё одним хорошим человеком. Высокий, с вьющимися волосами Серж, так звали нового знакомого, оказался художником, прекрасно разбиравшимся в живописи. Его коньком был Дали, о творчестве которого Серж мог говорить часами. Через некоторое время всё спиртное было выпито, и друзья собрались домой. Элизабет проводила их до дверей, ещё раз отметив про себя, что время прошло даром. Закрыв дверь, она пошла убирать со стола, как в дверь позвонили. На пороге стоял Серж. Он объяснил возвращение желанием продолжить разговор и, как аргумент, показал невесть откуда взявшуюся бутылку шампанского.
Разговор затянулся за полночь, Элизабет уже засыпала за столом, когда Серж вдруг встал, и обойдя стол молча поцеловал её. Поцелуй был долгим, но не навязчивым, и Элизабет вдруг ощутила огромное желание, желание которое переполняло её, заставляя дрожать каждую клетку её тела. Серж подхватил Элизабет и нежно, покрывая грудь поцелуями отнёс её в кровать. Она сорвала с себя халат, и судорожно дыша стала помогать Сержу освобождаться от одежды. Нащупав его член, Элизабет с яростью самки вонзила его в себя, и не сдерживая эмоций, всхлипывая, стала насаживаться на него.
Серж переместился вниз, а Элизабет сжав свою грудь руками, стала скользить по члену, отметив где-то в глубине сознания, что Серж вошел в неё не полностью. Элизабет умоляюще прошептала: До конца... ,и тут же ощутила как всё внутри её как бы взорвалось, и уже кончая, она почувствовала, как горячая струя обожгла влагалище.
Элизабет охнула, комната поплыла перед глазами, сознание уходило, и последнее что она ощущала — это неимоверную усталость и такую же радость...
Элизабет очнулась от того что кто то гладил ей спину. Она открыла глаза и увидела руку Сержа. Рука погладила щеку, на которой остались следы от подушки, медленно перешла к уху. Пальцы перебирали мочку, в которой висела не снятая вчера серьга, аккуратно расстегнули замок, и медленно, будто боясь поранить ухо вынули её.
Элизабет почувствовала как серьга, чуть позванивая, стала двигаться от уха к шее, а потом, обогнув сосок
