улыбнулась.
— М-м-м, похоже, ты принес Кэнди что-то вкусненькое, — проворковала она.
Патрик рассмеялся.
— Именно то, что ты любишь, сладенькая.
Сунул руку в сумку, достал круглый леденец на палочке. Улыбка Кэнди стала шире.
Патрик снял обертку, бросил ее в сторону корзинки для мусора, торопясь перейти к действу, которому Кэнди его и научила.
Устроился между ее длинных, стройных ног, сунул леденец в рот. Судя по выражению ее лица, она никак не могла дождаться, когда же он перейдет к делу.
— Конечно, мне больше нравится другой способ смачивать леденец, — промурлыкал Патрик. — О котором я узнал от тебя.
Он наклонился ниже, к выбритой «киске», не удивился, что «дырочка» уже сочится соком. Пробежался языком по складкам половых губ, подразнил кончиком набухший клитор, почувствовал, как по ее телу побежала дрожь наслаждения. Достал изо рта леденец, зажал палочку между большим и указательным пальцами. Кэнди застонала от удовольствия и закрыла глаза.
Покручивая палочку, Патрик начал водить твердый леденец вверх-вниз меж ее половых губ. Кэнди напряглась, изогнула спину, на лице отразилось блаженство. Он сунул леденец в рот.
— Вкусно, однако, — вернул леденец в прежнее место.
Кэнди постанывала от удовольствия.
— Ты хорошо усваиваешь уроки.
Второй рукой Патрик поглаживал бархатистые бедра.
— Ты слаще любой конфетки, — он положил блестящий от влаги леденец на ночной столик. — Приберегу это лакомство на потом, чтобы насладиться им после твоего ухода.
Лег рядом в ней, поцеловал в нежнейшие губы, и она со всей страстью ответила на поцелуй. А потом они неспешно занялись любовью, слились воедино, постепенно, но уверенно поднимаясь на вершину блаженства, которой и достигли к взаимному удовлетворению.
Рядом с мотелем вдруг загудел грузовик и Патрика вырвало из сладостных воспоминаний. Сможет ли он жить без Кэнди, если волею обстоятельств их отношения станут достоянием общественности? Для него она превратилась в наркотик. И оставалось только надеяться, что найдется способ уберечь их секрет. * * *
Проснулся Патрик рано. Ему не терпелось вернуться домой и по электронной почте сообщить Кэнди об убийствах в мотеле. Он уже собирал вещи, когда вновь раздался громкий стук в дверь. Патрик подпрыгнул от неожиданности, нервы за последние часы сильно расшатались, прильнул к «глазку», увидел стоящего в коридоре Суперкопа.
— Решили уехать пораньше, не так ли? — спросил Суперкоп, когда Патрик открыл дверь.
— Да нет, — Патрик знаком пригласил полицейского войти. — Мне бы хотелось вам помочь, но, клянусь, я ничего не видел и не слышал.
Суперкоп переступил порог, закрыл дверь, лениво огляделся, потом сунул руку в карман и достал леденец на палочке.
Патрика как громом поразило. Совпадение? На лбу выступил холодный пот. Он попытался что-то сказать, но не смог. А Суперкоп снял с леденца обертку, сунул его в рот.
— В каком-то телесериале лысый коп любил эти леденцы. Не помню только, как его звали.
— Я думаю, Коджек, — ответил Патрик. — Телли Савалас.
Суперкоп пожал плечами. Подробности его не интересовали. Патрик чувствовал, что нервы его напряжены, как натянутые струны. Что тут делает этот коп? Чего ему надо?
Суперкоп откашлялся.
— Не встречались с сексопильной блондинкой по имени Кэнди? Кэнди Бурнетт? — буднично так спросил он, не глядя на Патрика.
У Патрика упало сердце. Копы уже прознали о ней! Он глубоко вдохнул, закрыл глаза, покачал головой.
— Послушайте, если об этом станет известно, пострадают невинные люди.
Суперкоп ничем не выразил сочувствия. Отвернулся от Патрика, снял с внутренней ручки табличку «НЕ БЕСПОКОИТЬ», открыл дверь, перевесил на наружную, снова закрыл, запер на замок. Вновь обратил закаменевшее лицо к
