Я был в общем-то нормальным пацаном, за исключением одного — любил наслаждения во всех их проявлениях. Рано научился онанизму, а в двенадцать лет стал постоянным подписчиком всех рассылок, посвященных способам мастурбации.
Этому способствовало также и то, что мои родители часто уезжали в командировки и оставляли меня одного и надолго. Они служили в консульстве, во Франции — квартира же оставлялась на меня — благо моя самостоятельность под сомнение не ставилась. Так, я оставался полновластным хозяином квартиры и интернета — у меня была протянута выделенка, поставленная отцом за успехи в школе — восьмой класс я закончил с двумя четверками — все остальные отметки были «Отлично».
Девчонки у меня не было. Это может показаться странным — у парня в пятнадцать лет — и нет девчонки. Я и сам не знаю что произошло — это что-то по Фрейду, комплекс, или там чего еще... Причем комплекс этот я приобрел уже в сознательном возрасте — в 13 лет жутко смущаясь пригласил одну в кино, и получил отказ. После школы предложил ей гулять со мной. Она ответила что занята после школы — я сказал, что имею в виду «гулять вообще». И был послан в грубой форме. Увы, я не стал писать стихи о несчастной любви, не стал добиваться ее расположения, расшвыривая хулиганов. Нет — я ударился в онанизм. Я ласкал себя практически все время, когда находился дома, доводя себя до изнеможения. Со спермой у меня проблем не было — я обычно ложился на спину, закидывая ноги назад и кончал себе прямо в рот — мне очень нравился вкус своих «половых выделений».
Однажды, просмотрев новую галерею в разделе «Анальный секс» я решился. Мне всегда хотелось любви, но так как мне ее никто не давал — девчонки все как одна от меня отвернулись, пацаны тоже не шибко уважали, родители приезжали на пару дней в месяц — то приходилось компенсировать эту недостачу самому.
Я поискал предмет, напоминающий по форме член, и нашел — эта была свечка.
Сантиметра два в диаметре, двадцать по длине — это была находка. Зайдя в ванную и, смазав свечу вазелином, я, с бьющимся от страха того, что я делаю что-то недозволенное, я нагнулся, и ввел ее себе в попку. Сначала было больно, но потом, когда она прошла сквозь сфинктер, я ощутил несказанное возбуждение. Схватив свой член, я кончил в три приема, как никогда обильно, оросив своей струей кучу старой одежды. Ее мы не выбрасывали, а накапливали, а потом мать увозила ее куда-то в секонд-хенд, или какую-то религиозную общину. Часть спермы попала на мамины колготки, и я стал ее слизывать. Языком я ощутил дивную, шелковистую поверхность нейлона, и возбуждение накатилось с новой силой. Я вскочил и натянув их, посмотрелся в зеркало — и ахнул, увидел картину моего перевоплощения. Хилый юнец куда-то исчез, вместо него стояла вполоборота девушка с короткими волосами, хоть и малоразвитой грудью. С тех пор все мои сексуальные игры стали вестись в этом направлении. Приходя из школы я надевал что-нибудь из маминых вещей, оттрахивал себя в зад свечкой (надо сказать, я открыл новый способ — нагревал свечу в горячей воде и вылепливал на ней головку) — в хозяйственном магазине я накупил себе уйму «партнеров» — я «трахался» со всевозможными свечами, с ручками инструментов, зубными щетками; и получал дивный спектр ощущений сексуального плана. Однажды, вылепив из парафина нового «любовника» я поднес его к лицу и неожиданно для себя взял его в рот. Поласкал языком, немного заглотнул и вновь широкая река возбуждения наплыла на меня. Я жадно сосал его и одновременно дрочил. Кончил я быстро. Но новый предмет возбуждения постоянно стоял перед глазами. Постепенно я стал мечтать о человеке. О мальчике — именно о сильном и красивом мальчике, который бы полюбил красивую девочку вроде меня.
В школу я стал надевать предметы одежды «Унисекс» — в основном из мягкой
