получить удовольствие! Так, кажется, говорят у вас.
— У кого — у вас? — я помрачнел, сразу поняв, к чему она клонит.
— У мужиков, — пожала плечами Ирина Витальевна и вышла из комнаты.
Я покрылся холодным потом. Эта сбрендившая стерва могла сейчас сделать со мной все, что ей угодно. Избить, изнасиловать (само собой!), покалечить или даже убить! Последнее предположение меня никак не устраивало, и я стал лихорадочно искать пути к свободе. Еще никогда в жизни моя машина не казалась мне настолько далекой и желанной. Мой оставленный на улице «Жигуленок» должно быть уже присыпан снегом. И двигатель остыл. А про салон и говорить нечего.
Ясно представив картину «Как я сажусь за руль», я принялся извиваться всем телом, стараясь хотя бы ослабить путы. Интересно, где это теща научилась делать такие узлы? За вязанием носков, что ли? И эта ее садо-мазо-направленность: Давно с ней такое?
Мои попытки ни к чему не привели — я лишь затянул узлы плотнее, и левая кисть начала дубеть от недостатка крови. Еще полчаса, и можно смело вызывать «скорую». Я тоскливо глянул в сторону окна. Там было темно. И тихо.
— Твою мать!... — всхлипнул я, стискивая зубы. — Падла драная:
— О! — негромк
