Сегодня, я, по совету своего друга, иду в клуб исполнения желаний. Мой друг охарактеризовал этот клуб одним словом «улет».
В приемной меня встретила ничем не примечательная, обычно одетая секретарша, которая предложила мне немного подождать встречи с хозяином. Через несколько минут я зашел к нему в кабинет, и он стал мне рассказывать правила клуба.
— Вы приходите в наш клуб для исполнения своих извращенных желаний, которые выполняют члены нашего клуба, а за это Вы исполняете их желания — все очень просто. Когда Вы приходите в клуб, Вы описываете свое желание. За это Вы выполняете чье-то желание, а затем кто-то исполняет Ваше. Все условия оговариваются заранее, но основное ограничение одно: у членов клуба все следы на теле, травмы и болезненные ощущения должны проходить менее чем за 72 часа. Для новеньких у нас особое условие, первая сделка делается «наоборот» — сперва они выполняют желание Хозяина клуба, а потом какой-нибудь член клуба исполняет желание новенького. Если после этого все остаются довольны, новенький становится полноправным членом клуба. Во время исполнения желания можно сказать контрольную фразу — стоп сигнал — «сто хуев в мою жопу», действие прекращается, желание не защитывается.
По Вашему лицу я вижу, что вы согласны, поэтому приступим к зачислению Вас в наш клуб. Я сейчас вызову секретаршу, она Вас проводит, а я потом подойду.
Секретарша привела меня в похожую приемную, где сидела симпатичная женщина 35—40 лет, быстро нас познакомила: «Это — Игорь, это — Елена Сергеевна», — и тут же ушла. Я остался наедине с этой Еленой Сергеевной. Эта женщина имела внешность кондукторши, была одета в белый халат, под которым угадывались довольно большая, но очень отвисшая грудь, большая жопа и толстые ляжки, при этом она почти ко всем словам добавляла уменьшительно-ласкательные суффиксы.
— Здравствуй Игорюшенька, называй меня мамочкой, я тебя подготовлю к исполнению желания Хозяина. Полностью мне повинуйся и не удивляйся, если я, например, буду теребить твою писю, или что-нибудь засовывать в твою попочку. Ты меня понял, маленький озорник?
— Да, мамочка — ответил я.
— Тогда пойдем со мной — сказала она. Мы зашли в большую
комнату, которая представляла собой одновременно медкабинет, камеру пыток, ванную комнату и туалет. В этой комнате не было окон и была только одна дверь — через которую мы вошли, правда в углу стоял большой шкаф.
— Раздевайся, пусик — елейным голосом приказала моя «мамочка» и улыбнулась. Я стал раздеваться — мама (я буду для краткости называть ее так) принимала у меня одежду. Когда я протянул ей свои трусы, она стала своими холодными руками теребить мой член, было видно, это ее возбуждало.
— Как мне нравится пися моего мальчика — сказала она, и, убрав мою одежду в шкаф, сказала мне лечь на спину на обыкновенную больничную кушетку и задрать ноги. Кушетка стояла в углу комнаты, рядом с ванной и унитазом. Мамочка достала из шкафа клизму, наполнила ее водой, подошла ко мне и стала водить пальцем по моему анусу, наслаждаясь моим унижением.
— Сейчас мы вынем какашки из твоей пухлой попки — произнесла
она и, вставив мне в очко смазанный вазелином наконечник клизмы, быстро выдавила в меня всю воду.
— А теперь аккуратно иди на горшок, шалунишка — она посадила
меня на унитаз наоборот, лицом к сливному бочку, со всей силы раздвинула мою жопу, и я шумно обосрался. Она повторила процедуру с клизмой еще три раза, обильно смазала мое очко вазелином, потом сбрила мне волосы на ногах, руках и на лобке. Затем она принесла одежду и косметику и приступила к окончательному этапу подготовки. Когда она ушла за Хозяином, на мне было одето: туфли на шпильке, чулки телесного цвета, короткая серая юбка из какого-то «скользкого» материала, полупрозрачная блузка.
