что будет дальше, сильно это смахивало на мои материализовавшиеся фантазии. Настораживали ее слова, по поводу того, что каждый может воспользоваться туалетом. Несмотря на эмоциональную напряженность происходящих событий, я помнил, что к ней сейчас придет ее подружка Юля. Теперь я не только был возбужден предстоящим мне испытанием, но и начинал бояться его. Одно дело, когда ты, лежа на диване, представляешь себе нечто подобное, и совсем другое, когда это происходит с тобой на самом деле. Я подумал, что, в крайнем случае, всегда смогу уйти, если станет совсем уж невыносимо. Но, тут же понял, что ни уйду ни в коем случае, так как она пообещала, что я ее в этом случае никогда больше не увижу. Зная ее характер, я ничуть не сомневался, что это так и будет.
С такими, примерно, мыслями я просидел минут пять в темноте и в тишине, как вдруг услышал дверной звонок. Наверное, до этого момента я отчетливо не понимал, или не воспринимал, что сейчас придет Юлька, а я нахожусь в несколько странном положении и в довольно странной роли. Я почувствовал выброс адреналина в кровь, как от внезапного испуга. И подумал — «неужели Ленка правда это сделает?»
Между тем шум из коридора переместился на кухню, и я попытался прислушаться к разговору. С трудом я смог разобрать несколько фраз.
— Всегда знала, но не да такой степени!
— Не по себе.
— Тебе то чего стыдиться?
— Я не могу! Я лучше пойду!
— Перестань! Он сам этого хотел! Полезно будет в воспитательных целях!
— Да не могу я!
— Потом поговорим.
Прошло еще минут пять, с кухни доносились только невнятные голоса. И вдруг, я услышал шаги, в туалете зажегся свет. Я почувствовал, как сердце у меня попыталось выпрыгнуть из груди и меня всего бросило в жар. Дверь открылась, на пороге показалась Ленка, она зашла в туалет, закрыла за собой дверь, повернулась спиной ко мне и к унитазу. И все это было проделано с полнейшим спокойствием, как будто, здесь никого, кроме нее нет. Я, каким то краем сознания, несмотря на полную кашу в голове вспомнил ее слова про то, в каком положении я должен находиться, и наклонился назад, так что моя шея оказалась лежащей на унитазе, а голова над дыркой.
Ленка сделала движение бедрами из стороны в сторону, поднимая узкую юбку, потом спустила трусики, поставила ноги по обе стороны от меня и присела над унитазом и моим лицом.
— Открой рот!
От волнения я, в самом деле, забыл это сделать. Я открыл рот, и она опустилась ниже и прижала свою щель к моему открытому рту. Секунд 10 ничего не происходило, наверное, она никак не могла начать писать из-за необычности ситуации. Я осторожно начал лизать языком ее щелку, но она приказала
— Не надо!
Еще секунд через 5 я почувствовал, как из нее потекла медленная струйка. На вкус она была слегка солоновато-горьковатой. Ничего неприятного в этом не было, напротив, ощущение того, что Лена использует меня, таким образом, как свой унитаз, было просто фантастическим. Потом струя стала сильнее, и рот у меня полностью наполнился ее мочой. Я попробовал сглотнуть, что оказалось очень не просто в таком положении, но мне удалось это сделать и мой рот начал наполняться снова. В этот раз я начал глотать, когда он еще не наполнился, и это оказалось гораздо проще. Я проглотил еще два раза, и Лена прекратила писать.
— Вытри языком!
Я подчинился и начал вылизывать ее щелку. Она посидела на мне еще секунд пять, потом встала и начала одевать трусики. Я смотрел на эту попку, попку человека, который только что использовал меня как туалет и мне это нравилось, мне хотелось, чтобы она унизила меня еще больше, еще сильнее.
Лена опустила юбку на место, потом повернулась ко мне лицом, посмотрела на меня, все еще держащего голову над унитазом, хмыкнула и вышла из туалета. Еще минут 10 я сидел в полной темноте, слыша только позвякивание посуды, доносящееся
