Глава 6. ПИТЕР Мой муж счел такой путь добывания денег очень удобным, и поэтому я была вынуждена отдаваться еще несколько раз кому попало, чтобы, говоря словами Малеода, помочь ему нести финансовое бремя.
Однажды он буквально вынудил меня выплатить свой «долг чести» — капитан оказался абсолютно неисправи-мым картежником. Это были дни, когда он не вставал из-за картежного стола, чтобы пойти домой. С картами в ру-ках он дневал и ночевал часто в соседнем борделе.
Прежде я получала лишь разовые задания, но на этот раз речь шла о долговременной сделке.
Мне предстояло посетить известного промышленника, чтобы своим телом погасить карточный долг. Он был ог-ромный — свыше 3000 гульденов, — и не было никаких шансов, чтобы капитан смог когда-нибудь выплатить его. Этот визит имел для меня далеко идущие последствия, полностью изменившие мою жизнь.
— Нашему мужественному господину ван Боону ты очень нравишься, — наставлял меня муж, — настолько, что я убежден: эта богатая грязная свинья умышленно до-вела меня до такого состояния, когда пожертвуешь да-же собственной хорошенькой женой. Ладно, он свое получит. Это легче, чем наскрести 3000 гульденов. Он их у меня не найдет, если даже поставит на голову и потря-сет за ноги. На этот раз я ожидаю от тебя полной отдачи. В конце концов, это долг чести.
С этим напутствием я и отправилась к ван Боону. Горький опыт научил меня, что плакать бесполезно и каждое мое слово мольбы — напрасная трата времени.
Питер ван Боон был элегантный мужчина примерно сорока лет и очень привлекательный внешне. Если бы моя задача не была такой ужасной и если бы моя голова не была постоянно забита переживаниями, встреча с таким мужчиной могла бы быть очень приятной. Но я даже не думала, мог ли такой мужчина в других обстоятельствах вызвать во мне интерес.
Ван Боон принял меня вежливо и дружески, не замечая моего смущения. Он вел себя непринужденно, как будто мы были старыми друзьями. Я, конечно, знала о его боль-шом успехе у женщин. Многие дамы города соперничали в борьбе за его внимание, и он был уверен, что и я в него влюблюсь, а моя скромность развеется от его чар. Моя репутация была безупречна, и в городе говорили, что вос-хитительную красоту жены капитана Маклеода превосхо-дит лишь ее целомудрие. Они не догадывались о тех ужасных унижениях, которым я подвергалась со стороны дружков мужа по картежным играм.
— Мадам, надеюсь, вы позволите мне разделить вашу компанию. И я хочу, чтобы вы знали: уже давно я ваш тайный поклонник, а ваш визит доставляет мне величай-шее удовольствие, — такими словами встретил меня рас-сыпавшийся в любезностях ван Боон.
Я старалась сохранять спокойствие, но не могла не по-интересоваться, знает ли он, что мне пришлось нанести этот визит только по настоянию мужа, задолжавшего 3000 гульденов.
— Но, мадам, как вы могли! — воскликнул он. — При-знаюсь, я хотел встретиться с вами здесь, в моем доме, просто вдвоем в этих четырех стенах, но я был бы глубо-ко обижен, если бы истолковали мое восхищение вами как недостаточное уважение к вам, а мое желание побыть с вами — как нечто большее, чем простое знакомство.
— Как я понимаю, вы хотите... я имею в виду картеж-ный долг моего мужа... — слова застревали у меня в горле. Снова унижаться, снова просить?
— Да, кое-что он мне должен. Но, поверьте мне, я восзользовался этим только как предлогом встретиться с ва-ми. Вы самая красивая женщина из всех, кого я когда-либоЭр видел. И прошу вас верить мне, что я не буду злоупот-реблять вашим положением. Я ни к чему вас не принуж-даю. Да, я желаю вас всем сердцем, я очарован вашей красотой. Весь ваш вид, эти черные волосы, очарователь-ное экзотическое своеобразие вашей шелковой кожи, ва-ши красивые глаза, ваши божественные губы и эти чудес-ные руки — нет, позвольте мне вами восхищаться, не пы-тайтесь
