мужчины разошелся в широкой улыбке. Доброй и веселой. Голова пошла кругом, когда его рука накрыла ее. Теплая, настоящая. Сорочка, корсет, панталоны... Необычно, конечно, но никаких неудобств она не испытывала.
Не в силах устоять, Джози обернулась к большому зеркалу, которое висело на стене у нее за спиной. Существую ли я в реальном мире, подумала она. С облегчением увидела спальню, жалюзи на окнах. И тощую блондинку, сидевшую на смятой постели. Блондинка выглядела такой несчастной, что Джози искренне пожалела ее.
Мужчина, ее идеальный любовник, обнял зазеркальную Джози. Пробежался руками по талии, погладил полные бедра, сжал ягодицы. Как его звали? Какая разница. Важно не имя, а чувства. Джози хрипловато рассмеялась и расстегнула сорочку, позволив ей упасть с плеч.
Ее любовник застонал, когда она высвободила груди. Уткнулся носом в надушенную расселину. Поцеловал упругую кожу, а потом добрался до соска. Джози удовлетворенно вздохнула, когда он обхватил губами сосок и начал поглаживать его языком. От первого соска перешел ко второму, а потом на мгновение отстранился, чтобы полюбоваться плодами своих трудов: полные груди венчали теперь набухшие нежно-розовые бутоны.
Джози хотелось смеяться и плакать от счастья.
— Ты идеальный любовник, идеальный.
Он погладил ее лоб, отбрасывая кудряшки.
— Я сделаю все, что ты захочешь, дорогая, — нежно прошептал он.
Страсть охватила Джози. В «киске» вспыхнул пожар. О Господи, как же ей хотелось, чтобы он заполнил собой ее жаркую печь. Их взгляды встретились. Он, похоже, знал все ее желания. Мгновением позже развернул Джози, положив животом на широкий стул. Ее открытая «киска» источала мускус. А потом она почувствовала, как головка его члена мягко ткнулась в «дырочку» и двинулась дальше, проникая все глубже, наполняя ее.
Он ритмично задвигался взад-вперед. Джози выгнула спину, прижимаясь ягодицами к низу его мускулистого живота, зная, что при этом стенки влагалища плотнее обжимают член. Ее любовник вскрикнул, убыстряя темп.
— Давай милая моя, — прошептал он. — Выдои меня досуха. Заставь трепетать. Заставь спустить.
Его слова еще больше возбудили Джози. Член мужчины ходил, как поршень. Никогда ранее не испытывала она такого всепоглощающего сладострастного наслаждения. Она стонала и извивалась под ним, его лобковые волосы терлись о ее ягодицы. Сунув руку в прорезь панталон, она начала потирать клитор, а он вновь и вновь с силой загонял в нее свой конец.
Джози могла видеть их отражения в большом зеркале на стене: теперь оно служило по прямому назначению. Прорезь в панталонах позволяла лицезреть влажную «дырочку», в которую то погружался до упора, то вылезал на три четверти толстый член ее любовника. Джози упивалось видом своей сильной спины, округлых ягодиц, крепких бедер, без труда выдерживающих вес мужчины.
Она любила себя такой, толстомясой. Ей нравилось, что ее много.
— О, я спускаю. О, Господи, — выкрикнул ее любовник.
Джози кончила одновременно с ним, сокращения ее влагалища действительно выдоили его досуха. Мужчина обмяк, тяжелой тушей навалился на нее в экстазе блаженства. Она забыла про Сэма, забыла про его попытки лишить ее уверенности в себе, отвратительный развод, длинные ночи одиночества. Она забыла о совете Роя и о том, что ничего такого просто не могло быть. Она поверила. Пусть циники, вроде Сэма, остаются при своем мнении. Ее это не касалось.
Любовник нежно поцеловал ее, прежде чем уйти.
— Здесь я всегда к твоим услугам, — прошептал он, оторвавшись от ее губ.
Джози сжала его щеки руками.
— Если б ты знал, как я тебе благодарна, — выдохнула она.
После его ухода она повернулась к зеркалу и вновь увидела тощую блондинку на кровати. Лунный свет падал в комнату сквозь щели в жалюзи. Другая Джози спала, с улыбкой на безмятежном лице. Зазеркальная
