окончен.
Витиана и так подозревала, что ей придется заниматься чем-то подобным. Она приехала в Москву из нищего провинциального городка и с самого начала внутренне была запрограммирована на любую работу, не исключая и «интима». Разговор с директором немного расстроил ее, подтвердив худшие опасения, но, с другой стороны, она почувствовала облегчение от того, что ее будущее приняло относительно четкие контуры.
Группа топ-менеджеров с японцем в центре уже подошла к стенду почти вплотную, когда Витиана опять почувствовала, что ее дергают за рукав. Противное, желтое, как сыр, лицо Леонидова маячило где-то снизу, на уровне ее пояса. Прячась за стойкой стенда, он протягивал ей тоненькую папку на молнии. «Контракт!» — выдохнул он и сгинул.
— Коннитива! Ооо! — тут же раздался голос японца у нее над ухом.
Витиана вежливо улыбнулась, исполнила нечто вроде неловкого книксена: «Здравствуйте, Коити-сан!».
— Ааа! — восторженно заорал японец. — Вы меня зинаете!
Группа топ-менеджеров как по команде заржала, изображая невыносимое веселье. Больше всех старался Алексей Павлович, хрюкая от деланного смеха, как боров.
Витиана густо покраснела, потупила глаза, нервно перекладывая из одной руки в другую папку с контрактом.
Мужчины успокоились.
— Это наша лучшая сотрудница, Витиана! — с гордостью, как ей показалось, объявил Алексей Павлович.
— Очени пириятно! — маленький японец протянул ей руку, энергично потряс ее холодную ладошку в своей сухой, горячей руке.
— Витиана прекрасно разбирается в японской кухне, поэтому мы бы хотели, Коити-сан, чтобы она составила вам компанию в новом ресторане «Фудзияма», — почтительно сказал ее шеф, незаметно делая какие-то непонятные знаки в сторону. — А сейчас, мы вам быстро покажем наш стенд, потому что машина уже ждет у подъезда.
Японец энергично покивал, еще раз с детским изумлением оглядел плавные изгибы тела Витианы и направился осматривать экспонаты.
Алексей Павлович быстро подошел к ней.
— Переодевайся и выходи к третьему подъезду. Там стоит серебристый «Мерседес», шофера зовут Миша. Скажешь, что от меня, потом садись в машину и жди!
Он зло посмотрел в сторону и рявкнул: «Сколько раз тебе повторять, пошел вон, не вертись здесь!»
Последняя фраза была адресована Леонидову. Тот вжал голову в плечи и суетливо удрал в глубину павильона.
Витиана одела свою видавшую виды шубку и вышла на улицу.
Она сразу увидела машину, но не стала подходить к ней, остановившись у выхода и доставая из сумочки сигареты. Хотя в ее жизни и бывали случаи, когда ей приходилось спать с нелюбимыми мужчинами просто потому, что так было нужно, она вдруг почувствовала неприятный спазм внизу живота. «Как проститутка, за деньги!» — обожгла ее мысль.
Витиана резко отбросила окурок и пошла к машине.
* * *
Ресторан «Фудзияма» оказался совсем маленьким, рассчитанным на пятнадцать — двадцать посетителей, не больше. Два ряда ниш, в каждой из которых был установлен японский столик на возвышении. Вокруг столика было что-то наподобие канавы, в которую можно было опустить ноги.
Всю дорогу к ресторану японец молчал, напевая под нос неразборчивую мелодию и изредка одаривая Витиану счастливой улыбкой.
— Ты пиравда рюбис японуска кухня? — спросил он, когда они уже устроились за столиком.
— Да, — быстро ответила Витиана. — То есть, нет! — она лихорадочно искала ответ. — Я не знаю, — наконец жалко призналась она.
— Японуска кухня — это миного-миного риба, миного-миного риса и миного-миного овоси, — глубокомысленно сообщил ей Коити-сан.
— Мясо — мало! — энергично добавил он.
Они немного помолчали. Подошла официантка, и Коити-сан лихо выстрелил заказ на японском. Рубленные фразы, в которых нельзя было разобрать ни
