сейчас?
— Николай Семёнович, но я репетирую только в шесть, что случилось?
— Деточка, это не телефонный разговор, поверь мне.
— Хорошо, я сейчас подъеду.
Вот блин! Ну неужели придётся сейчас переться в эту дебильную «Весёлую отмель» (название клуба, в котором я работаю) и базарить с директором? О чём, интересно?
Я взяла такси и подъехала к клубу. Расплатившись с таксистом, пошла к служебному входу. Охранник Гоша, улыбнувшись, пропустил меня вперёд. Я пошла прямиком к директорскому кабинету, на второй этаж, толкнула дверь.
Там сидели Николай Семёнович и ещё какой-то человек. Увидев меня, директор вскочил из-за стола и представил меня мужику:
— А вот это, Пётр Иванович, наша гордость. Наташенька — жемчужина заведения. Именно про неё я вам так много рассказывал.
— Пётр Иванович, — представился мужчина, — наслышан о Вас, наслышан...
Пётр Иванович взял мою руку, приблизил к своим губам и поцеловал. Я обратила внимание на большой серебряный перстень с зелёным камнем — где-то я его видела, вот только где и когда?
— Интересно, что обо мне такого наговорил мой замечательный директор?
— Он очень хорошо о Вас отзывался, Наташа.
Я села напротив него в мягкое кожаное кресло и закинула ногу на ногу, чтобы он мог оценить мои ноги.
— Итак, давайте поговорим о деле... Зачем вы меня вызвали?
— Сложилась такая щекотливая ситуация. Мой партнёр по бизнесу, как мне казалось, собирал на меня компромат. И вот недавно я получил подтверждение этому. Я боюсь, что он начнёт меня банально шантажировать.
— Интересно, какую роль во всём этом вы отводите мне?
— А роль ваша, Наташенька, очень, казалось бы, проста. Вы идёте к моему партнёру в качестве подарка, — тут Пётр Иванович хихикнул, — и забираете у него компромат, я вам скажу, где он лежит.
— А как я у него заберу компромат и как он выглядит?
Пётр Иванович встал, прошёлся по комнате по направлению большого дипломата, который стоял в уголке. Он что-то пошарил в нём и достал стеклянную ампулу, которую протянул мне. Я рассмотрела ампулу. Там было насыпано немного (почти на донышке) бледного порошка.
— Вот этот порошок вы и насыплете ему в бокал, ровно ту дозу, что находится в ампуле, не меньше! Это такое особое вещество, оно погружает человека в глубокий здоровый сон. Действует гарантировано через три минуты. А компромат выглядит так же как и мой чемоданчик. Лежит в кабинете под диваном. Ну, надеюсь, вам всё понятно?
— Мне понятно абсолютно всё. Но мне не понятно одно. Что я с этого поимею?
— Хо! Мы вам заплатим за это дело тысячу. Хотите?
Я изобразила задумчивый вид:
— Тысяча? Тысяча двести, не меньше.
— Хорошо, тысячу двести долларов. Ну что, по рукам?
— По рукам! Когда приступать к работе?
— Да прямо сейчас, — махнув рукой, ответил мне Пётр Иванович, — нам нужно это прямо сейчас, понимаете, Наташа?
— Понимаю. Ну что, за работу?
И мы спустились вниз, к тачке моего нового работодателя.
Подъехали к месту действия. Обычный дом, обычные стены, обычный двор. Я всю дорогу думала, каким же видом бизнеса занимается Пётр Иванович. Теперь поняла, что не сильно крупным, раз его партнёр живёт в таком обшарпанном доме. Пётр Иванович повернулся ко мне с переднего сиденья и сказал:
— Мы будем ждать вас за углом. Партнёра звать Николай. Скажите, что вы от меня. Как усыпите, так сразу берите компромат и бегите сюда. Мы отъедем к «Отмели» и рассчитаемся за работу. Оставьте ему записку следующего содержания, — он протянул мне какую-то бумажку, — ну, удачи вам, Ната!
Я вылезла из тачки. В кармане я сжимала ампулу со снотворным, в другой руке была записка, которую я должна была оставить. Я развернула записку и прочла буквально следующее:
«Коля, ты был просто
