выбирался мужчина и от женщин требовалось выследить его и сокрушить... сексуально. Способны ли вы отбросить все, кроме вашего женского естества, или вас будут сдерживать требования, которые предъявляет к вам цивилизация?
И под их удивленными взглядами он начал раздеваться. Оставшись в набедренной кожаной повязке, вновь повернулся к ним. Рут едва не рассмеялась. Матесон в роли дичи. Я — Тарзан. Ты — Джейн. Каков наглец! Бегать за ним по джунглям... Она не могла представить себе более нелепого занятия, но одного взгляда хватило, чтобы понять, что Матесон настроен серьезно. А сумма, предложенная победительнице, ясно указывала на то, что это не очередная причуда заскучавшего плейбоя.
— Все, что вам может понадобится, вы найдете в рюкзаках, которые лежат за ширмой, — продолжил Матесон. — Остров покрыт джунглями. Крупной живности, которая может представлять для вас опасность, здесь нет, если, конечно, вы будете осмотрительны. Воды и пиши на острове предостаточно. И заблудиться вы не сможете. Двух часов хватит, чтобы пересечь остров от берега до берега. Мои люди будут за вами приглядывать, но не дадут о себе знать, если только вам не понадобится медицинская помощь. Есть еще вопросы?
— Когда мы начнем? — спросила Сара Рейнольдс. Лицо ее раскраснелось, черные глаза сверкали от возбуждения. На кудрявых волосах блестели капельки пота.
— Уже начали. В джунгли вы пойдете в той одежде, которая сейчас на вас. В деревню до окончания ритуала вы не вернетесь. Если кто не хочет принять в нем участие, скажите прямо сейчас. Но самолет прибудет только через три дня.
— И можно не сомневаться, что боссы тех, кто откажется, получат письма, характеризующие их не с самой лучшей стороны, — в голосе Рут не слышалось вопросительных интонаций.
— Вы очень проницательны, — ответил Матесон, окинув ее оценивающим взглядом.
Рут похвалила себя за то, что инстинктивно остановила свой выбор на практичной одежде. Сара вот с печалью поглядывала на модные туфельки на высоком каблуке. Матесон хищно улыбнулся, вызвав у Рут острую неприязнь. Он позаботился о том, чтобы они и представить себе не могли, что их ждет, а потому заведомо оказались в невыгодном положении. Что ж, наверное, и это входило в условия состязания.
В низу живота словно вспыхнул пожар. И Рут поняла, что предстоящий поединок возбуждает ее. Вскинув подбородок, она посмотрела на Матесона, пытаясь забыть о том, что такой фигурой не мог похвастаться ни один из ее знакомых мужчин. Любой другой выглядел бы смешным с этим куском кожи на талии, но только не Матесон.
Наверное, он испытал бы глубокое удовлетворение, если б узнал, что она гадала, а какова на ощупь его кожа. Мысль о том, что они могут слиться воедино, еще больше возбудила ее. Этот рот создан для поцелуев...
— А когда одна из нас поймает вас, — голос Рут оставался ровным и спокойным. — Что потом?
Глаза Матесона озорно блеснули.
— Если поймает. Дайте волю своему воображению. Островитяне говорили: «Когда женщина — королева, мужчина должен склониться перед ней и предложить ей себя, чтобы она получила удовольствие». Та, кто возьмет надо мной верх, и будет победительницей. Вы знаете, что делают победители. Возьмете у меня все, что захотите. Это будет ваше право.
С этим он и исчез за дверью. После ухода Матесона все заговорили одновременно. Кроме, пожалуй, Рут. Ей не хотелось ни задавать вопросы, ни отвечать на вопросы других. По ее разумению, дискуссия только отнимала время и силы. Она зашла за ширму, взяла рюкзак. Села на травяной мат, чтобы ознакомиться с содержимым рюкзака. Скоро к ней присоединились Нэнси и Сара.
— Черт, — вырвалось у Нэнси, — мне следовало надеть шорты и блузку, — и она с тоской посмотрела на изумрудный купальник.
Рут достала тюбики с солнцезащитным кремом и средством от
