Бедра ее ритмично двигались, и снова лунный свет горел на них...
Затем глаза наши затянула легкая дрема. Когда я начал приходить в себя, то машинально провел по своей груди рукой. Тут только я заметил, что креста на моей шее не было. Я стал припоминать все детали нашей первой брачной ночи. И вспомнил, что я снял с себя крестик, положил его возле нас, на шкуре. Тщетно было искать его в этой огромной пещере. Свою возлюбленную я не догадался спросить: к чему он ей?
Быстро прошел пасмурный день и настала ночь, и эта ночь была поистине ужасна. Море волновалось, завывал ветер. Мы с девушкой укрылись в пещере. Я нежно обнял ее за талию и привлек к себе.
— Нет, милый, нет, сегодня не надо ласк, — в голосе у нее были слезы, а в глазах — такая безнадежность, что я даже боялся в них заглянуть.
Девушка поднялась, наполнила из кувшина два серебряных сосуда и заставила меня выпить уже знакомый мне пьянящий бальзам.
— А теперь постарайся заснуть... Ни о чем не думай.
После нескольких глотков я опустился по ступеням сновидений в небытие. Разбудил меня ночью оглушительный резкий крик; я мигом скинул с себя оцепенение и наклонился над своей любимой. Она бредила, металась, ее волосы налипли на лицо. Затем она изогнулась дугой и хрипло выкрикнула слова: «Не он, слышите, не он!» Пена выступила на уголках ее губ...
После приступа тело девушки расслабилось, и она открыла глаза:
— Все пропало, они не отпускают меня с острова. Духи Лофофоры мстительны.
Она повернула свое изможденное лицо ко мне и стала нежно меня целовать.
— Не уезжай, любимый, там далеко тебя ожидает гибель. Они сказали мне это, и я молила их за тебя: лучше пусть я погибну, только не он. «С ним ничего не случится, — ответили мне они, — если он не соединит свою страсть и судьбу с другой женщиной. Но если это произойдет, наши чары убьют его, где бы он ни был и как бы ни поклонялся своему богу. Перед его гибелью ему будут даны три знамения.»
Мое лицо после этих слов лишилось крови. Однако самообладание быстро вернулось ко мне.
— Ну нет, — хрипло сказал я. — Нет, милая, я всегда буду с тобой. Но сначала я вырву тебя с этого острова, слышишь! Сейчас мне нужно вернуться на Аклонд и успокоить своего отца. Вот возьми мои часы, к вечеру я возвращусь. Клянусь тебе, прежде чем большая стрелка остановится на семи часах, мы увидимся снова и уже навсегда.
Девушка молча смотрела на меня, а когда она заговорила, я едва мог расслышать ее слова:
— Что же, уезжай, милый. Тин уже заправил твой катер.
Я быстро отвернулся от нее и пошел к берегу моря. Потом я сел в катер и завел мотор. Я видел, как удаляется берег, как маленькая фигурка дорогой мне женщины становится все меньше и меньше.
Мой катер разрезал волны океана, и я снова пожалел, что у меня нет с собой компаса. Однако я продолжал путь в неизвестном мне направлении. И снова мне повезло: я расслышал монотонное урчание поискового вертолета. Хвала Всевышнему! Сердце мое радостно забилось.
Вертолет начал плавно снижаться, и вот уже из кабины была выброшена спасательная лестница. С трудом я забрался в кабину вертолета, где сидел мой отец с позеленевшим от гнева лицом.
— Где ты был, щенок? — процедил он сквозь зубы.
— Папа, я...
Тяжелый кулак врезался в мою переносицу, голова моя откинулась, из носа брызнула кровь.
Когда мы очутились на берегу, волнение вновь охватило меня. Я тенью ходил за разъяренным отцом и сбивчиво рассказывал, что со мной произошло.
— Ты за кого меня принимаешь? — рявкнул отец. — Нигде поблизости нет ничего похожего на описанный тобой остров.
Но я не отставал от отца.
— Папа, послушай, папа! Там, на острове Лофофора меня ждет девушка, и, если я не вернусь обратно к ней в назначенный срок, с ней может что-нибудь случиться.
— Да ты рехнулся, нам завтра улетать в
