Посвящается тому, чего не было
И тому, что могло бы быть. Итак, милые друзья, именно Алеша Пешков, а вовсе не Максим Горький. Вот настоящее имя того матерого писателя. Те, кто это знал, пусть сочувствующе качнут мне головой. Те, кто не знал — удивятся. А если найдутся такие, кто мне не поверит — добро пожаловать, приезжайте на станцию «Парк культуры» и подойдите табличке в конце зала. Там все написано. И это, кстати, не случайно: ведь именно у таблички я сейчас стою и отсюда же начинаю свое трагическое повествование.
Знаете ли вы, какой сегодня день? Стыдно, братцы, стыдно: Так вот напомню — сегодня пятница. А какое число, помните? Нет? Ну и не стыдитесь. Я сам тоже не помню. Но где-то середина октября. Но все это суета. Главное же — в парке культуры сегодня последняя дискотека. Последняя — и все. Больше дискотек не будет, будет зима. Что-то должно сегодня случится. Должно по всем законам социологии, математического анализа и теории вероятностей. А потому решительность наша сегодня предельно взведена, взоры остры и отточены.
— Чья это «наша» — спросите вы?
— Как это, чья — удивлюсь я — со мной едет лучший друг Саша.
: И под любопытные взгляды читателей два приятных молодых человека вальяжно проследуют к эскалатору.
— Напрасно они покрасили свод блестящей краской — с надеждой спрошу я у Саши.
— Да, Сергей, напрасно — с неподдельной вежливостью и учтивостью ответит он мне.
На улице холодно. Холодно настолько, что даже невинная идея выйти на балкон кажется большой ошибкой. Подумали ли мы с Сашей одни и тоже, или я был одинок в своих сопоставлениях — сказать честно, не знаю. Привычным шагом мы подойдем к знакомой палатке.
— Нет уж, мой друг, «девятки» я сегодня не буду. Настрой, понимаешь, не тот:
И Саша с радостью купит два «Бочкарева».
Крымский мост встречает нас радостными огнями, а могучий Петр I сверлит сердитым взглядом, стоя по колено на своем бронзовом паруснике. Мы идем в парк культуры — и я немыслимо счастлив от того, что все только начинается. Пусть зияют своей чернотой осенние лужи, пусть негостеприимно смотрят ворота: Сегодня пятница — а значит, я забуду об этом.
Кстати, о воротах я заговорил не случайно. Ведь именно у них мы заметили одинокую парочку, утопающую в урагане осенних листьев. Четкая и ритмичная походка, которая о многом сказала бы деревенскому парню, классическая поза «под ручку» — все говорило о том, что мы на правильном пути. Заговорил Саша:
— Девушки!
Девушки обернулись и прострелили нас своими испуганными взглядами.
— Девушки: э: вы тут одни гуляете?
«Нашел, чего спросить» — тихо подумал я. Судя по выражению лиц девушек, они подумали то же самое.
— Ну да — наградили они нас ответом.
— Можно мы с вами прогуляемся? Нет, ну если вы не хотите:
— Прогуляйтесь.
Начало было положено, и оттого стало радостнее. Свободно вздохнув и скинув с души камень, я открыл рот. И закрыл его. Саша тем временем продолжал:
— Вы работаете или учитесь?
— А что?
— Нет, ну просто интересно:
— Учимся.
— А где?
Сия пластинка знакома до боли всякому, а потому оставим Сашу и пользуясь моментом, опишем наших подруг. Видел ли читатель осеннюю улицу с ее манящими огоньками, корявыми деревьями и мокрыми дорогами? Видел. Прекрасно. Так вот частичка этой самой унылой улицы сейчас шагала рядом с нами.
— Сколько им было лет? — спросит читатель.
— Не знаю, сколько. Наверное столько, сколько и должно быть.
— А во что они одеты?
— И это сказать сложно. Но точно, не голые:
— Сергей! — Сашин окрик приостановит наши мысли. Повернусь лицом к нашим подругам:
— Учитесь, значит: Ну и как, интересно?
— Что интересно?
— Учиться.
Учиться им было
