страсти билась в ней, не находя выхода. — Отпусти меня, больно! — крикнула она. Подтянувшись на руках, выпрыгнул он из воды, упал на неё и вонзился разбухшим членом. — Оставь меня, потом... — пыталась просить она, но он толкался в неё без остановки. Восхитительный миг проникновения в её заветную тесную вожделенную щель свершился, и он испытал ни с чем не сравнимое удовольствие обладания желанной женщиной, пусть ставшей ей и без его участия. Теперь все её отверстия будут только его, он регулярно будет наполнять их своим семенем, раз уж этот дурень — её муж предпочел другие развлечения и других. Она — его женщина, он теряет голову от её запаха, от её гибкого тела, от её соков, стонов, надменного и недовольного личика, и, несмотря на далеко идущие планы мести, только дело времени, когда она радостно примет его.Напряжение оставило её, боль и состояние невесомости прошли, рани сквозь полуприкрытые веки наблюдала за овладевающим ей мужчиной. Самодовольство и похоть — ничего более она не увидела в его лице, и этот враг доставил ей неведомое ранее наслаждение, заставил её биться от страсти! Как такое может быть? Почему её неприязнь к нему не остановила прилив вожделения? Почему её тело не безучастно? Ответа она не знает, да его и нет. Заметив её взгляд, он охватил её груди, сжал их, победно ей улыбнулся и стал насаживать её на член, дергая за грудь. Было больно, его впечатляющая мошонка билась о её ягодицы, издавая хлюпающие звуки. Он прошелся рукой по её влажному животу, приподнялся и запустил пальцы в вагину вместе с членом. Она вздрогнула и напряглась, пальцами он растягивал плотно охватившие пенис мышцы, это было неприятно. Он сел, поднял ей бедра, согнул свои ноги и положил её на них. Поднял её, побуждая прыгать на нем, обняв его за плечи. Сжал её груди и облизывал соски, нагнув голову. Облизав и искусав их, втягивал в рот её маленькие груди и сосал их. Затем обхватил её круглые ягодицы и с силой опускал их на твердый пенис. Он велел смотреть ему в глаза и говорил ей непристойности, смакуя полученное ей удовольствие от их близости, обещая новые. Он всасывал её губы и язык, откинувшись на руки, наблюдал, как она по его велению глубоко и ритмично двигалась на нем. Вкруговую стимулируя её покрасневший бугорок, он дождался, пока тот запульсировал, и тоже задрожал, обняв и излившись в неё.Отнеся утомленную рани в комнатку на ложе, навалившись на неё, он пытался говорить с ней, она не поддержала разговора. Предупредив, что их встречи станут частыми, и пригрозив ей вновь опасностью близким, он велел евнухам проводить её в покои. Ощущая пустоту внутри, в слезах, девушка заснула.Супруг изредка посещал жену и проводил с ней время. Они разговаривали ни о чем, он наскоро целовал её, быстро брал, не заботясь о её удовлетворении, и уходил. Она пыталась выяснить, куда он уходит и с кем проводит время, не желая самой начинать неприятный разговор, но тот отмахивался, проявляя раздражительность.Всеми делами государства занимался визирь, проявляя настойчивость, властность и жестокость. Ему повиновались беспрекословно, его действия были практичны и целесообразны. Его боялись, весь дворец был опутан сетью его слуг, шпионов, солдат. Он вел себя как подлинный правитель, умело манипулируя молодым раджой, негласно подталкивая того к принятию нужных ему решений. Визирь богател, запуская руку в казну, и потихоньку обучал молодую рани азам управления государством. Он не ошибся в ней, умная девушка с пытливым умом показывала немалые успехи, искренне интересуясь делами новой Родины. — Со временем она, а не этот любитель удовольствий, станет настоящим правителем, — считал он.
