15. Земной ад продолжается.
Лилиан забилась в угол и, поджав колени, смотрела на открывающуюся дверь. Ее сердце гулко забилось, когда в камеру вошел ее мучитель, несший в руках кувшин и небольшую корзину.
— Ешь, а то от тебя остались одни кости, милая... А ты мне нужна живой!
Она нерешительно взяла кусок сыра и хлеба и стала медленно жевать, не ощущая вкуса и наслаждения от долгожданной пищи. Он протянул ей кувшин с вином и девушка, сделав большой глоток, закашлялась. Лайон ухмыльнулся, наблюдая за ней: ее тело было все покрыто его отметинами, царапины, оставленные стилетом засохли и припухли, глаза запали, а губы были опухшими. Но несмотря на все это, она все еще была привлекательна и так же упряма, хотя и сил у нее для сопротивления уже не было. Мужчина ухмыльнулся и ощутив прилив желания, рванул девушку на себя и прижал ее к стене:
— Так ты хочешь, чтобы я овладел тобой, моя строптивица?! — его пальцы скользнули между ее ног и проникли вовнутрь, пока его язык блуждал по ее щеке.
— Нееет... — из последних сил прошептала Лилиан, и он с силой ударил ее так, что несчастная упала на пол, а он лишь злобно ухмыльнулся и, схватив за волосы, приподнял ее.
— Ах, ты мерзкая сука! Я заставлю тебя умолять... — с этими словами он вновь нанес ей удар, и девушка застонала от пронзившей боли. Ненадолго оставив ее, Лайон взял плетку с кожаными ремешками и хлестнул ею по спине, оставив на ней красные следы.
— Аааа... — застонала Лилиан и он нанес ей второй удар.
Лайон приподнял вздрагивающую девушку и впился жестоким поцелуем в ее губы.
— Я жду твоего ответа, милая... — прошипел он, с яростью глядя на нее.
Девушка закрыла глаза и тихо прошептала: «Да», сдаваясь и подчиняясь своему мучителю, который долго не мог сломить ее дух, но вот это произошло, и она сама покорилась ему. Лайон громко захохотал и потребовал:
— Проси меня, чтобы я взял тебя!
— Ла... Лайон... про... прошу тебя... — она запнулась и слеза скатилась по ее щеке, — возьми меня...
Мужчина зарычал и дернув девушку за руки, кинул ее на койку лицом вниз и разведя ее ноги, одним рывком ворвался в ее ноющее лоно, заполнив ее до самого конца.
— Вот так, девочка, теперь ты моя... Отныне ты всегда будешь меня умолять о том, чтобы я овладел тобой... — он словно обезумевший стал двигать бедрами, словно пытаясь разорвать ее.
А Лилиан лишь тихо стонала, закусив губу и смотря в одну точку, поняв, что предала своего любимого, подчинившись этому негодяю, который все эти долгие дни издевался над ней и наконец-то сломил ее дух к сопротивлению, превратив девушку в безвольную куклу, исполняющую его прихоти.
Вот он зарычал и кончил, излив свою сперму в ее страдающее тело. Лайон отодвинулся и сел на койку, погладив Лилиан по голове, которая все еще стояла на коленях.
Она медленно встала и взяв кувшин с вином, жадно отпила с него, пытаясь напиться, чтобы немного отвлечься от своего позора.
— Хватит! — приказал он, но девушка не останавливалась. Тогда мужчина резко выбил из ее рук кувшин, который разлетелся на куски, а оставшееся в нем вино разлилось по полу. — Все еще сопротивляешься?!
С этими словами он схватил плетку, и стал хлестать ею, не глядя. Лилиан кричала и умоляла остановиться, но тот не слышал ее, и вот ее тело все стало покрыто красными полосами. Девушка свернулась калачиком на полу и уже тихо всхлипывала, не обращая внимания, как осколки впиваются в ее кожу.
— Видишь, что ты наделала?! Каждый раз, как только надумаешь перечить мне, я буду хлестать тебя! — с этими словами он ушел, оставив свою жертву страдать от боли и унижения...
... Пытки продолжались день за днем и с каждым разом становились более жестокими и сводящими с ума. Каждый раз перед тем как овладеть ее телом, Лайон требовал, чтобы девушка сама умоляла его об этом, и бедняжка покорно выполняла его требования, так как прекрасно знала, чем могло закончится ее неповиновение.
