обратно. Настя стала задыхаться и от отчаяния слегка сжала зубки...
— А — а — а! — взвыл барон, резко вынимая укушенный член. Укус был несильный, скорее неприятный, но злость охватила немца, и он что есть силы ударил девицу по лицу. Настя заплакала. Барон решил лишить ее девственности незамедлительно.
Он навалился на Настю, стал суетливо гладить ее влагалище, ощутив манящую теплоту дырочки. Скоро она согреет его нижнее достоинство. Девушка попыталась сжать ножки, но барон был требователен:
— Раздвинь ноги, пигалица! — и не дождавшись повиновения рывком растянул девичьи ноги в стороны. Новая волна желания напрягла хер барона, и он подвел его к дырочке. Настя уже решила не подчиняться, она дергалась, пыталась вырваться, и барону одной рукой приходилось держать ее. Второй рукой он направлял стоящий колом член к норке...
Настя почувствовала, как что-то твердое упирается ей в половые губы. Вот оно — то, чего девушка так ждала и боялась. Ее женская честь взбунтовалась. Она не допустит этого! Только любимый получит ее нетронутое совокуплением девичье тело! Настенька резко рванулась, но барон сжал ее уже обеими руками что есть силы. Надвигающееся изнасилование вызвало у девушки отчаянье, моментально перешедшее в крик...
Барон, столкнувшись с неповиновением, ударил ее еще сильней.
— Молчи, сука! — заорал он. Неожиданно ощутил, как что-то крепкое сжало его плечо.
Он обернулся. Перед ним стоял сельский мельник Санька, жених Насти. Он пробрался в башню через окно, незаметно для охраны, полный решимости помешать происходящему развращению его возлюбленной.
— Барин — спокойно, но уверенно попросил он — Прошу Вас, оставьте ее. Зачем она Вам? У вас столько девчат, не троньте ее, нижайше умоляю.
Ярость охватила барона. Какой-то раб посмел помешать ему получить удовлетворение.
— Пошел вон, холоп! — зло закричал немец. Оторвавшись от Настенькиного тела, он схватил со стола бронзовый подсвечник и запустил в Саньку. Тот увернулся. Тогда барон взялся за пистолет, навел его на смутьяна-жениха. Настя еще громче закричала от ужаса, но Санька резким движением ногой ударил по пистолету. Пуля прошла мимо...
— Охрана! — завопил как раненный барон. Смелый Санька кулаком ударил хозяина, тот кубарем полетел в угол комнаты. Мельник мигом схватил Настю за руку, сдернул с кровати.
— Бежим — скомандовал он, и влюбленные бросились к выходу. Услышав шаги толпы охранников, быстро поднимающиеся по лестнице, Санька понял — выход для них уже закрыт. С вооруженными опричниками ему не справиться.
Оставалась одна дверь, которая вела наверх — на крышу башни.
— За мной, милая! — и молодожены побежали по лестнице, поднимаясь на самую верхушку замка. Больше бежать было некуда.
Оказавшись наверху, на крыше башни, Санька закрыл дверку на полу, задвинул засов. Внизу слышались крики охранников и команды ошалевшего барона. Под ногами, за дверцей послышались движения — охрана уже поднялась, и судя по звукам, готовилась выбить двери.
Санька нежно обнял Настеньку, она прижалась к нему. Возлюбленные снова оказались одни и вместе, как самый первый раз, когда отправились гулять в рощу. Там он ее первый раз поцеловал.
Санька наклонился, и парочка слилась в страстном поцелуе. Он стояли на высоте 15-и метров, и их Любовь возвышалась над всем этим грешным миром, где через считанные минуты их счастью быть наедине придет конец. Что барон сделает с ними, не хотелось даже представлять. Зло ненавидит чистое чувство, и приближение расправы заставляло Настеньку дрожать, а Саньку — становиться решительней. Он был тем мужчиной, который не отдаст свою любимую никому. Он спас ее невинность, и знал, что должен идти до конца.
— Любимая — прошептал жених, — может спустишься вниз? Барон пожалеет тебя, а со мной — будь что будет.
— Нет, Санечка, они убьют тебя — ответила Настя. В глазах ее стояли слезы, от чего
