поцелуев, громкие, страстные. Меня они просто сводили с ума. Ник ухватил Машеньку за попу и прижал к стене возле дивана. Поцелуи перешли в длительные засосы. — Рогатик, ты же знаешь, какая стена твердая. Иди подложи свою голову под мою попочку. Задери платье и остужай язычком мою вагину, она прямо горит вся. — уже почти ничего не соображая страстно прошептала моя любовь.Я присел на корточки сзади ее и Маша навалилась на мое лицо своей упругой попкой. В диком возбуждении я уткнулся носом в ее промежность и стал целовать и лизать ее прелести. Писька у Маши была сиповкой и было очень удобно возбуждать ее языком.Любовники тем временем распалялись все больше и больше. Ник мял Машины груди, а я, под невыносимо возбуждающие звуки засосов и прерывистого дыхания любовников, старался хоть немного остудить прямо таки горящую киску любимой.Наконец они дошли до точки кипения и Маша приказала мне снять с нее и Ника трусы. Уже без трусиков Маша, чтобы член Ника проникал в нее глубже, подняла правую ножку и поставила на край дивана. Половая щель расширилась и поддалась вперед. Член Ника проскочил между ног Маши и уперся мне в лицо. Теперь перед моим носом были их члены вместе. — Давай, рогатик, вставляй — застонала в нетерпении Маша.Я немного пососал елдак и вставил его во влагалище моей любимой. И тут началось. Ник долбил Машину расщелину, а она под его напором, долбила мой рот. Я лизал одновременно и елду и прыгающую на нем развратную вагину Машеньки и вся дикая страсть любовников через мой язык стремительно врывалась в мой воспаленный мозг. Ощущения были еще острее, чем при первой их случке на кровати. Вообще, каждая поза совокупляющихся возбуждает по своему и я хотел все их перепробовать.Минут через пятнадцать охов, ахов и громких чмокающих засосов Машину задницу начало трясти. Она схватила Ника за бедра, останавливая его махи, и сама с вожделением стала драть его, насаживаясь на елдак своей похотливой штучкой все глубже и глубже. Из вагины закапали соки и по моему языку стекали мне прямо в рот. Послышались хлюпающие звуки. Кроме запахов гениталий появился еще один, едва уловимый, тот, который женская кожа выделяет при половых сношениях.Напор Маши был такой страстный, что Ник не выдержал и зарычал. И вдруг оба они закричали и забились в судоргах оргазма. Я тоже не мог больше терпеть. Продолжалось это несколько секунд. Ник плюхнулся на диван, а Маша в состоянии прострации начала медленно оседать на мое лицо. Если бы меня не было под ней, она бы точно соскользнула по стенке и грохнулась бы всем своим весом и голой прелестной попочкой на пол.Я быстро развернулся и подхватил руками ее сладкую задницу, не давая Маше упасть. Истерзанное елдаком влагалище ее очутилось прямо перед моим носом. Оно конвульсивно то сжималось, то разжималось, открывая раздолбанный темный ход в святая святых. Я успел вовремя потому, что сразу же за этим появилась сперма, сначало робко, а потом хлынула просто таки ручьем. Я успел подставить рот и глотал, решив не делиться с Машей. Любимая постепенно приходила в себя. Встав на ноги, она стала помагать мне, выдавливая низом живота остатки спермы, которые я подхватывал ртом. — Что же ты, рогатик, мне ничего не оставил? Не надо так жадничать. Спермы будет еще ой как много. Это я тебе обещаю. Дай хоть капельку — и она, наклонившись, стала целовать меня, языком выуживая остатки спермы из моего рота. — А теперь, рогатик, вылижи мне кисоньку — и села на диван, широко расставив свои дебелые ляжки.2. Светочка.. — А не сходить ли нам в город, погулять немного, подышать свежим воздухом? Да и время обеденное наступает — предложил Ник и все ним ... согласились.Подмывшись моим языком, Маша надела белые шортики в обтяжку, туфли на шпильках и что-то вроде кофточки, которая прикрывала только грудь, а живот с пупком были полностью открыты. Вид у нее был
