укусил.
Воодушевившись таким удачным началом, Сашка медленно, почти с благоговением коснулся белой шерсти на спине собаки и несколько раз не спеша провёл по ней рукой. В это время я на всякий случай придерживал Ареса за ошейник. Свинозавр поднял на холке шерсть, но отгрызать гостю руку по локоть не спешил.
— Ладно, не будем больше нервировать животное, — Саша отодвинулся от собаки.
Я не ожидал этого движения и не успел отцепиться от ошейника, поэтому получилось так, что Сашка почти прижался к моей груди, и я ощутил тепло его тела. Первым желанием было обнять его и прижать к себе, но вместо этого я отцепился от ошейника и отстранился от искушающего меня тела.
— Красивая собака, — казалось, парень не обратил никакого внимания на моё замешательство. — Где ты его взял?
— На помойке нашёл зимой, когда мусор выносил. Он совсем маленький был, белый, со снегом сливался. Если бы не пищал от холода, я бы его и не заметил, — я перегнулся через Сашку и потрепал пса по холке, при этом лодка качнулась, и парень схватился за меня руками.
— Осторожно! Мне не хочется купаться в одежде, — он посмотрел на меня, продолжая держаться за моё плечо.
— Не бойся, лодка устойчивая, — я опять отодвинулся от него и взялся за весла. — Сейчас домой — надо с рыбой разобраться, а потом поможешь мне по хозяйству, раз уж оказался в моих владениях.
— Хорошо, — он искренне улыбнулся и бросил взгляд на скрывающееся за соснами озеро.
Когда мы вернулись с озера, я напомнил Сашке о том, что неплохо бы ему постирать свою одежду, которая до сих пор валялась в бане. Я показал ему, где взять мыло, таз и воду, и, пока он возился со шмотками, быстро ополоснулся под душем, находившемся там же, в парилке. Несколько раз я замечал, что парень на меня смотрит, но старается делать это незаметно.
Перекрыв воду, я вышел в предбанник, вытерся, влез в тренировочные штаны и вернулся к Сашке.
— Паспорт, билеты и деньги во внутреннем кармане куртки не пострадали, — радостно сообщил мне гость. — Меня больше всего напрягало, что паспорт пришёл в негодность и придётся его менять.
После того как Сашка развесил одежду сушиться, мы занялись лодками. Парень довольно быстро схватывал, что и как нужно делать, и этим заслужил мою дополнительную симпатию.
— Саш, а ты кем работаешь? — поинтересовался я.
— Программистом.
— А живёшь с кем? Давай перевернём кверху днищем.
— С родителями, — он помог мне справиться с тяжёлой лодкой.
— Они знают, что ты парней любишь? — я отпустил край борта немного раньше, чем Сашка, и корыто чуть не придавило ему ногу.
— Ай! — парень шустро отскочил. — Не знают. У меня мама верующая, а отец консерватор, даже представить боюсь, как они отреагируют на такую весть, так что на темы любви и секса мы не разговариваем.
— Саш, закончи с лодкой, я пойду с рыбой разберусь.
— Ага.
Я оставил парня во дворе и пошёл в дом. Арес, как ни странно, остался лежать в тени куста калины. Разобравшись с рыбой (что жарить, что сушить, а что морозить), я помыл руки и, высунувшись в окно, позвал Сашку, который сразу же подошёл ко мне.
— Много ещё осталось?
— Нет, всё уже готово, только я один не смогу её перевернуть, — он вытер пот со лба тыльной стороной ладони.
— И не надо. Пусть так пока валяется. Давай в дом.
Почти сразу скрипнула входная дверь, и на кухню забежал Арес. Сашка вошёл следом.
— Я как только дверь открыл, он меня толкнул своим корпусом и влез первым, — пожаловался гость на собаку.
— Да, свинозавр так часто делает, он наглый.
— Он спит в доме? — парень подошёл к рукомойнику.
— Да, в моей комнате на коврике. Пойдём, я посмотрю твои ссадины и смажу ушибы, чтоб прошли быстрей.
Мы зашли в комнату, и Сашка, сняв одежду, лёг на кровать. Я взял мазь и легонько, круговыми движениями, стараясь не нажимать слишком сильно, натёр все видимые повреждения. Я уже хотел сказать парню, чтобы он
