были совсем холодными. Но приливы крови снова вернули их к жизни. Ладошки постепенно начали розоветь, и Алиса смотрела на них, поглаживая и ощупывая каждый пальчик.
Но время, отпущенное на свободу, вышло. Помощники с двух сторон схватили девушку за запястья и завели их за спину, сложив в положение «ладонь к локтю». Пока одна пара рук удерживала пленницу, второй надел на её руки тугой кожаный рукав и стал быстро затягивать шнуровку. Когда он закончил и закрепил концы кожаного шнурка, Алиса уже не могла вырваться из этих пут.
Один из помощников подставил стул и усадил на него пленницу. Несколькими тонкими ремнями он крепко связал девушке лодыжки, колени и бедра. Проверив крепость и надежность пут, он кивнул напарнику, и они вместе стали натягивать на ноги плотный мешок, постепенно поднимая его до тех пор, пока всё тело рабыни не скрылось под слоем черной кожи.
Алисе собрали волосы и уложили на макушке, закрепив зажимами. Что-то заскрипело в руках у одно из парней, и девушка даже улыбнулась, увидев резиновый шлем с прорезью для рта, но без глазниц. Еще мгновение, и невольница уже не могла ничего видеть. Края шлема заправили в мешок и туго затянули шнурок и надели широкий кожаный ошейник.
— Открой рот, девушка, — прозвучал густой бас.
Алиса повиновалась, и помощники втолкнули в её ротик большой мягкий шар, который, расправившись, сразу же заполнил всё пространство, упершись в нёбо и щеки. Мягкая кожаная накладка прижалась к губам, притянутая ремнями, которые туго застегнули на затылке. Рабыня была готова.
Алису подняли на руки и положили в кофр лицом вверх. Девушка думала, что лежать на локтях будет неудобно, но даже такая мелочь была предусмотрена. В подстилке ящика имелось углубление, в которое и поместились стянутые рукавом руки. И само днище и внутренние стенки были обтянуты мягкой материей. Девушку крепко привязали ремнями в нескольких местах, но крышку пока закрывать не стали.
Вскоре рабыня услышала шаги, а за ними и голоса господина и Геннадия. Оба что-то обсуждали и весело смеялись. Молодой человек сам проверил крепость ремней и надежность кляпа и опять что-то приказал своим подручным. И внезапно что-то больно кольнуло в плечо. Алиса замотала головой и жалобно замычала. Но вскоре боль постепенно исчезла, рассудок помутился, и невольница провалилась в кромешную темноту без запахов и звуков. Крышка кофра закрылась. Груз был готов к транспортировке.
Алиса закрыла глаза и тут же их открыла, надеясь, что это ей, как всегда, снится. Вот сейчас она проснется, и вновь увидит на тумбочке зеленые цифры электронных часов, свою комнату, услышит, как за окном тётя Галя зовет своего сына домой, как дед Мартын что-то строгает на своём верстаке.
Но перед её глазами была всё та же решетка, вытертый до дыр половик на дощатом полу, и тишина. Девушка закрыла лицо ладонями и зарыдала в голос, не опасаясь, что её кто-нибудь может услышать. Она оплакивала не свою утраченную свободу, не свой далекий дом, а свою безграничную глупость и доверчивость.
— Эй! — вдруг услышала она тихий шепот откуда-то сверху.
Алиса запрокинула голову, но ничего и никого не увидела. Только толстые прутья клетки чернели над головой. Девушка подумала, что ей померещилось, но шепот повторился снова, теперь уже сбоку.
— Кто здесь? — она повернулась в ту сторону, откуда доносился голос.
— Не бойся меня, девушка, — в дальнем углу отодвинулся полог, и в комнату вошла стройная белокурая девушка и села на колени рядом с клеткой.
— Ты кто? — спросила Алиса, с опаской взглянув на незнакомку.
— Меня зовут Айна, — девушка тронула золоченый обруч, сковавший длинную тонкую шею, — А как тебя зовут?
— Алиса, — девушка тоже хотела показать свой ошейник, но вовремя удержалась.
Айна подошла ближе к решетке, и Алиса теперь могла лучше рассмотреть её. Девушка была высокой и стройной. Длинные золотистые
