ласкает спину и ягодицы. Потом прижимается ко мне и шепчет в ухо:
— Возьми ее в попу...
Мне уже давно не до сомнений — правильно я поступаю или нет. Я выдергиваю член и приставляю головку к анусу малышки.... До нее доходит, что сейчас произойдет. Я чувствую, как она на миг напрягается, но в следующую секунду, охваченная страстью, сама с силой насаживается на мой инструмент. Головка упирается в сжатое мышечное колечко, норовя сплющится, но затем рывком проскакивает сквозь него внутрь. Анус смыкается вокруг основания, сдавливая мой орган и даря новое, ни с чем не сравнимое ощущение. Крышу сносит окончательно. С хриплым рыком я двигаю тазом вперед, полностью погружаясь в невероятно тесное отверстие. Ухватив Настю за бедра, я начинаю яростно сношать ее, постыдно позабыв, что возможно доставляю ей боль. Но, к счастью, дырочка девушки была уже хорошо подготовлена к такому испытанию. Потому что Настя, хоть и кричала, но делала это не от боли, а от наслаждения. При этом она активно помогала себе рукой, мастурбируя в бешеном темпе и приближая себя к развязке. Я вновь почти кончил, но девушка опередила меня. Едва она начала судорожно сотрясаться от оргазма, как я, от греха подальше, вышел из нее. «Соберись! Сначала Лена! Ты не должен кончать!», — заклинал я себя и, чтобы отвлечься, начал думать о прокладке резервной линии передачи данных до маяка.
Я думал об этом и тогда, когда Лена опрокинула меня на спину и оседлала сверху. И лишь когда я заметил, что она уже близко к финалу, я позволил себе вновь вернуться к событиям на сексодроме. Посмотрел налево: Света с Настей, обнявшись, смотрели на нас. Посмотрел на Лену. Закусив губу, она, как дикая, скакала на моем члене, а ее грудки смешно подпрыгивали. Я протянул руки и сжал их в ладонях: крепкие, упругие. Девушка тут же положила свои руки поверх моих, прижав их к груди еще сильнее. Настолько сильно, что я кожей ощутил частое биение ее сердца. А затем вибрацию ее грудной клетки, когда она закричала от оргазма.
— Ты не кончил, милый?, — ласково шептала жена, целуя меня своими губами, имеющими столь знакомый вкус Леночкиной киски.
— Нет... Я потом... , — тяжело дыша, ответил я
— Кончи на нас. На всех троих...
Собравшись с силами, я слез с кровати и встал перед нею. Мои девочки, прижавшись головами, приблизили свои похотливые личики к моему побагровевшему члену, открыли рты и высунули языки. Я обхватил его ладонью и начал дрочить. И всего через несколько движений из него с сумасшедшим напором вырвалась струя белесой жидкости. И сразу еще одна. И еще... Я забрызгивал их лица, а они жадно пытались поймать ртами вылетающее из меня семя. Но туда почти ничего не попало. И тогда, когда мой поток иссяк, девочки принялись жадно облизывать друг дружку.
Наша ночь любви на этом не закончилась, а продолжалась почти до утра. Описать все, что было — не хватит времени. Да и вспоминаются эти события с трудом. В памяти все перемешалось: сплетения рук и ног, части тела, крики, стоны... Ясно помню только одно: после того, как я восстановился от первого раза, Лена потребовала, чтобы я уделил внимание и ее попочке. «А то несправедливо — Наську трахнул туда, а меня?!»
И проспали мы после всего до самого вечера 1-го января. Я ожидал, что и следующая ночь пройдет в том же ключе, но Светик мягко обломала меня.
— Хорошего по-маленьку, любимый. Пусть все останется, как раньше. А эта ночь — это был наш подарок. Мы же сказали тебе.
Ну нет, так нет. Возражать я не стал...
* * *
Наступила долгожданная весна. Ломающийся с треском лед не давал нам спать по ночам. Но вскоре акватория вокруг острова очистилась, и сразу после этого на берегу появились тюлени-Ларги, использующие Скалистый в качестве одной из остановок по пути на север. Мы с удовольствием наблюдали за ними, укрывшись за скалами. А девочки даже начали снимать фильм об этих созданиях. Обе учились на экологов и планировали
