нахалу, был настолько короток и точен, что не мог не восхищать.
— Да ты ссу... — прошипел второй и ничего не успел добавить, пропахав носом бильярдный стол.
— Повторять вопрос больше не буду. Может быть, вы, девушки, знаете, где хозяин?
Проститутки закивали, и одна из них показала пальцем на лестницу, ведущую в «вип» — апартаменты. Мэлори с подчинёнными спокойно поднялись наверх. Дверь почему-то не хотела открываться, но для Кобры-Мэлори не существовало закрытых дверей.
— Разреши, Кобра, — выступил вперёд Стерх — лейтенант, прозванный так за быстроту.
— Давай, Джон, — кивнула Мэлори. — помоги ему.
Джон, тоже лейтенант, только старший, и тоже прозванный птичьим именем — Гриф — коротко кивнул. Парни навалились, дверь распахнулась, и Мэлори увидела Вензеля в компании аж трёх «бабочек». Мэлори появилась на пороге так внезапно, что Вензель даже не успел удивиться.
— Ты... Вы кто? — выдохнул он.
— Я ужас, летящий на крыльях ночи, — серьёзно ответила Мэлори и ледяным тоном добавила. — Встать!
Она редко включала энергетику, но сейчас был именно тот случай.
— Встать!
Голос женщины был холоден, как сталь, и резок, как удар хлыста. Мэлори обычно не позволяла себе ненавидеть врага, но она помнила, через что прошёл Ник благодаря этому ничтожеству, и холодная ярость заполняла её до краёв. Вензель вскочил, и машинально стараясь отыскать джинсы, таращился на Мэлори. Он явно был под кайфом.
— Что вы хотите? — проблеял он, лихорадочно пытаясь сообразить, что же всё-таки происходит.
— Надеюсь, ты помнишь некоего Ника, тварь?
Вензель отрицательно затряс головой.
— Ну, я тебе напомню, так и быть. Длинноволосый голубоглазый юный блондинчик, тоненький такой, стройный — очень выгодный товар для твоего мерзкого бизнеса, не так ли? Ну так вот, пришла пора платить по счетам. И сейчас ты просто останешься без того самого органа, с помощью которого ублюдки вроде тебя калечат таких парнишек, как Ник, — и она точным круговым ударом ноги заехала в пах трясущемуся Вензелю, который, побледнев, тяжело рухнул вниз, подобно мешку с песком.
А Мэлори и её парни спокойно развернулись и вышли из клуба.
Когда вечером, поблагодарив бойцов за помощь, она вернулась домой, Норд был уже выгулян, а Ник, у которого почти прошли следы побоев, доставал из духовки торт собственного приготовления. Мэлори зашла в кухню, сопровождаемая прыгающим Нордом и, подойдя к Нику сзади, закрыла ему глаза руками.
— Мэлори, — прошептал Ник.
— Да, солнышко, это я, — ответила она, вдыхая аромат светлых пепельных волос парня.
Ей всё больше хотелось прижать его к себе, но она понимала, что после всего перенесённого любое физическое прикосновение может вызвать у Ника негативную ассоциацию.
— Я сегодня была в «Золотом Драконе», — как бы между прочим сказала Мэлори.
— И... что? — Ник встревоженно посмотрел на неё.
— И ничего, — успокоила его Мэлори. — Скажу тебе только одно: в ближайшее время у нашего «друга» Вензеля очень изменится голос.
— Мэлори, ты пошла туда из-за меня, — Ник прижался к ней и обхватил её за шею. — Спасибо тебе.
Он вдруг, сам того не ожидая, потянулся к ней губами, она же не могла больше сдерживать себя. Губы у парнишки были яркими, пухлыми, нежными и почему-то пахли молоком. Они долго стояли, слившись в поцелуе, улетев куда-то к звёздам, и оторвались друг от друга лишь тогда, когда Норд начал явно выказывать своё неудовольствие тем, что о нём, таком неповторимом, совсем забыли.
— Это мой первый поцелуй. Я всегда думал, что первый добровольный поцелуй у меня будет с парнем. Но я не жалею, что на его месте оказалась ты, тем более что целуешься ты по-мужски, — признался Ник, смущённо вскинув ресницы, и Мэлори утонула в огромных голубо-бирюзовых глазах пацана.
— Знаешь, Мэлори, — задумчиво произнёс Ник. — А ведь ты стала для меня всем. Ты и Норд. Я не знаю, что со мной будет, если я
