«Возвращение Бадулая». Кудрявый цыган с житейским прищуром бывалого витиевато рассказал Андрею про суть эксперимента: выявление зависимости свойств памяти от стимуляции.
— Какой стимуляции? — насторожился Андрей.
— Система поощрений и наказаний. Основана на исследованиях рефлекторных дуг великого русского учёного Ивана Павлова. Всю совокупность рефлексов можно разделить на две группы: условные и безусловные... — и Бадулай продолжил лекцию про рефлексы и влияние внешних воздействий на нервную систему.
— Но всё-таки, о какой стимуляции идёт речь? — перебил Андрей.
— Генитальной. В нашем случае важно выявить связь между либидо и работой головного мозга. Мозг человека состоит из порядка 100 миллиардов нейронов, связанных друг с другом в единую сеть. Нервные импульсы, проходящие по этой сети, являются основой всех психических процессов... — и Бадулай опять улетел в дебри психологии и физиологии.
К середине интервью Андрей твёрдо решил для себя, что принимать участия в сомнительном эксперименте не будет. Даже не смотря на то, что денежное вознаграждение выглядело весьма солидным.
Но тут Бадулай сделал ход конём: достал колоду фотокарточек и разложил их на столе перед Андреем.
— Выберите девушку, которая вам больше всего нравится, — Лукич откашлялся, почесав бороду. — В сексуальном плане. Это важно, если вы согласитесь. Кстати, они вас уже выбрали.
«В сексуальном плане? Уже выбрали?» — от осознания перспектив у Андрея всё поплыло перед глазами. Адреналин мощными струями начал поступать в кровь, лёгкая дрожь пробила тело от пальцев на ногах до кончиков ушей, ладошки стали холодными и влажными, взгляд масляным. Пустыми стеклянными глазами он всматривался в фотографии богинь, выбравших его, перемалывая в голове, как он будет работать с ними «в сексуальном плане». Пять девушек: две блондинки, три брюнетки, личики с глянцевых обложек, снятые в домашних условиях, ничего коммерческого, только секс. Глаза томящиеся, скучающие, ждущие, зовущие. Он нервно сглотнул, во рту всё пересохло.
— Вот эта, — тыкнул Андрей пальцем в самую стеснительную, как ему показалось, брюнетку с пухлыми губками и добрым ласковым взглядом карих нежных глаз. Богиню милосердия, которая на генетическом уровне завораживала первозданной душевной красотой, вызывала необъяснимое доверие и желание поклоняться.
— Замечательно. Даша значит, — цыган чиркнул у себя в блокнотике что-то и опять завёл старую волынку-лекцию про то, как важно создать полную сексуальную совместимость партнёров во время эксперимента.
Уходил Андрей с туманом в голове и вздутой пачкой в джинсах. Он так и не понял, кто кого собирается генитально стимулировать, и главное — как. Но что он точно для себя решил: он встретится с этой Дашей, которая как минимум полгода не трахалась, которая выбрала его «в сексуальном плане», возможно даже сидя вот так с Бадулаем в одном кабинете, сгорая от стыда, скрывая возбуждение, уходя с мокрыми трусиками и масляным взглядом.
***
В кабинете цыгана такой же бардак, пыльно и душно. Но какое это имеет значение?
Даша похожа на кареглазую Русалочку из мультика Уолта Диснея: огромные бездонные глаза, губки сердечком, такая же пышная грива густых волос, загадочный, витающий в облаках взгляд, улыбка Моны Лизы. Она нереально красива. Стройная девушка с идеальными формами, в чёрной водолазке, широкой серой юбкой со складками и кожаным ремешком, колготках, сапожках.
Он не испытывает к ней сексуального влечения, нет — это было бы так низменно. Желать богиню — святотатство. Он хочет любить её, заботиться о ней, поклоняться, хотя бы добиться её расположения, хотя бы поймать её улыбку.
«Неужели она выбрала меня в сексуальном плане?» — повторяет он как мантру снова и снова.
Его яйца залиты свинцом, они гудят, как улей с пчёлами. Член подобострастно сжался — не станет же он
