ты даешь! — округлил я глаза, — Так мне скоро придется бежать на поиски машины, где бутылки лежат.
— Извини, я увлеклась, — Лена опустила глаза и принялась картинно крутить пальцем дырку в полу.
Открыть вторую бутылку оказалось проще. Я выбил пробку, с силой ударив ладошкой по донышку.
— За что пьем? — спросил я.
— Давай за сказку. Как не крути, а эта наша авантюра очень напоминает новогоднюю сказку.
Я сделал два больших глотка и передал бутылку Лене. Вино приятным теплом разлилось по пустому желудку и тут же отдалось в голове. Мир стал приобретать розовые оттенки.
— Жарко, — произнесла Лена, облизывая губы.
Да действительно, печка работала на всю катушку и изба уже хорошо прогрелась.
— Сними куртку, — посоветовал я.
— Ага, — рассмеялась Лена, — я же без ничего. Нужно подождать, когда высохнет одежда.
— Стесняешься? — спросил я ее с ухмылкой.
Мне показалось, что она заколебалась.
— Саш, ты же знаешь, что я замужняя женщина. Неужели ты меня принимаешь за какую-то... ? Я не буду разгуливать голой перед чужим мужчиной!
— А разве я тебе чужой? После того, что мы пережили сегодня, нам спору отмечать совместное второе рождение, — уговаривал ее я.
— Это все же не повод изменять! — вдруг резко сказала она и отвернулась.
— Лен, — я не спеша подошел к ней сзади и приобнял за плечи, — Причем тут изменять? Я же просто предложил снять куртку.
— То есть, ты хочешь сказать, что если я буду разгуливать перед тобой голой, у тебя в голове даже не возникнет мысль о сексе? — она продолжала говорить серьезным и строгим тоном.
Я промолчал. Только чуть крепче обнял ее.
— Почему ты молчишь, Саша? — продолжала она, — Я тебя не привлекаю?
— Привлекаешь... — шепотом сказал я. — Даже очень привлекаешь...
Она вдруг резко повернулась ко мне лицом, вырываясь из объятий.
— Прекрати врать! — вскрикнула она, — Хватит издеваться надо мной. Если бы я знала, что ты будешь надо мной смеяться, я бы вообще не поехала с тобой. Кого я могу привлекать? Старая серая мышь. Меня даже муж избегает!
Глаза Лены наполнялись слезами. Она отвернулась и громко, навзрыд заплакала.
Я стоял в полной растерянности, не зная что мне предпринять. Такой реакции я точно не ожидал.
Наконец, рыданья начали стихать, и она присела на пол, горько всхлипывая.
— Лен, — подошел я к ней и положил руку на плечо, но она ее тут же скинула резким движение, — я вовсе не смеюсь над тобой, и не вру. Я действительно не замечал тебя как женщину все эти годы, что мы работали вместе. Просто не обращал внимания. Я увидел тебя настоящую только сегодня, когда мы ехали в машине. Я увидел тебя ни как коллегу, ни как приятную собеседницу, а как женщину, пусть чужую, недоступную, но желаную женщину.
Она встала и повернула ко мне заплаканное лицо. Ее губы задрожали.
— Прости меня, Саш! — сказала она, — Я разревелась как дура, а ты, чтобы утешить меня говоришь какую-то ерунду. Давай забудем все это... Я, кажется пья...
Не дав договорить, я схватил ее за плечи и притянул к себе. Мои губы целовали ее заплаканное лицо, ощущая соленый привкус слез. Секунду она колебалась, но все же ответила на мой поцелуй. Да как ответила! Лена сильно обняла меня за плечи, прижалась всем телом, и вдруг я ощутил у себя во рту жадный горячий язычок. Никогда бы не подумал, что она умеет так целоваться. Сквозь ткань свитера и, накинутой куртки я ощущал, или вернее угадывал, прикосновение ее полной, манящей груди.
— Все! Хватит! — воскликнула Ленка, резко отталкивая меня, — Нет больше никаких коллег! Нет никакой работы! Нет никаких мужей! Дорог, машин и городов тоже нет! Есть избушка, печь, вино и мы! И пусть я буду ведьмой!
С этими словами она скинула с себя куртку, представая передо мной во всей своей умопомрачительной красоте. Я и правда поверил, что она ведьма. Как она могла так умело прятать свое обалденное ...
