красоту? Я всегда считал маму симпатичной женщиной, но то что я видел было просто за пределами всех определений красоты и женственности.
— Ой, что это у тебя в волосах, Саш?
Мама тянется к моей голове и извлекает из моей причёски неизвестно как оказавшийся в сосновом лесу дубовый листочек. Я чувствую её руку у себя в волосах и даже это простое прикосновение меня как-будто бы электризует. Даже коленки задрожали немного. Я более не могу насытиться лишь простым наблюдением. Я просто беру маму за руку, с совсем слабеньким нажимом опускаю её к своим согнутым коленям и наслаждаюсь мягкостью её кожи, более того, мне кажется от её тела исходит какая-то энергия, которая передаётся от меня к ней. Еще один момент, что я запомнил сразу же и навсегда ...
— как мы с моей мамой просто сидим прижавшись друг к другу, а я двумя руками держу её за руку и совершенно непроизвольно поглаживаю её. Я изучаю её тело так, как если бы я был скульптором, что желает воспроизвести образ в мельчайших деталях. Я касаюсь папиллярных линий на её ладошке, провожу пальцами по тонкому запястью, изучаю ямочку у основания ладони, без нажима глажу тыльной стороной другой ладони кожу её предплечья и беззаботно наслаждаюсь ощущениями — мне нравится буквально всё. Я совершенно потерялся в процессе и вообще ни на секунду не задумывался как бы это могло выглядеть со стороны.
Единственная мысль, что проскочила в моей голове в тот момент: «Я касаюсь руки ангела». Я сомневаюсь, что весь процесс занял в реальном времени не более пары минут — тогда время как будто бы остановилось. Мама ничего не говорила, и похоже была не против такого пристального внимания к своей руке и никак не препятствовала мне.
— Эм... Саш, я сейчас задам тебе один вопрос...
— Конечно, всё что угодно?
Звонкий голос слегка вернул меня в чувство, я отпустил мамину руку и она медленно, как будто бы нехотя отвела её в сторону. Я смотрю в её глаза и всё еще вижу таинственные озорные искорки, как с самого начала нашей странной встречи в этом лесу.
— Ты только не беспокойся, но мне правда очень интересно узнать...
Она снова делает короткую паузу и её глаза мельком пробегают по мне с кончиков пальцев босых ног и до окончаний волос, как будто какой-то сканер.
— Саша, скажи на милость, почему ты голый?
Секундочку... Что?! Я опускаю глаза и смотрю на своё тело. Не может быть, как я только мог не заметить совершенно очевидный факт — я не просто был босиком, а действительно полностью обнажен и сейчас сижу вплотную к своей матери ровно в том костюме, в котором она меня и произвела на свет. И как будто этого мало — мой член просто таки стоит колом! Я сильно смущаюсь, кровь приливает к голове и мне рефлекторно хочется как-то прикрыться, при этом резком движении я слегка касаюсь головки и это прикосновение провоцирует еще большую гамму ощущений. Вот так вот просидеть столько времени рядом со своей мамой и не заметить такой конфуз.
Женщина рядом со мной заливается звонким, как и её голос смехом.
— ... когда ты вообще раздеться успел, нудист? Всего-то на пять минут разошлись.
Мама же ведёт себя так, как будто в этом вообще ничего страшного нет и быть не может. Она прекращает смеяться, поворачивается ко мне, придвигается ближе и касается моей щеки.
— Саша, ты так покраснел, ты смущаешься быть голым передо мной?
— Да, немного смущаюсь... Мне уйти? Просто, я не знаю как так получилось.
Черт, как же глупо это звучит даже для меня самого. Хотя, теперь сама ситуация начала казаться мне достаточно приемлемой. Ведь вокруг не одной души, а мама множество раз видела меня голышом.
Где-то в эту секунду у меня впервые проскочила мимолётная мысль о том, что происходящее совершенно невероятно, но я отбросил её, не колеблясь. Мама взяла меня за руку и слегка сжала её у вен, потом придвинулась ко мне чуть ближе и
