существует такая вещь, как усталость.
Вместо ответа я с лёгким усилием развернул маму спиной к себе и, немного затянув с процессом расстегнул застёжку на её белом бра. Мама сразу же взялась придерживать бюстгальтер, который, в противном случае просто повис бы у неё на шее. Она покачала пальцем свободной руки.
— Молодой человек, вы слишком торопливы.
— Прости, у меня уже никаких сил нет ждать.
Этот эротический танец совершенно свёл меня с ума. Я стал вести себя напористее отвёл мамину руку в сторону, снял лифчик с её шеи и кинул за спину к сарафану. Теперь я впервые в жизни (как мне казалось во сне) видел её грудь. Должен признать она просто восхитительна. Аккуратные и совершенно натуральные сиськи с небольшими и острыми сосками. Совсем немного обвисшая, но такая форма только добавляла маме шарма зрелой женщины. Я перестал танцевать и просто смотрел как они движутся более не сдерживаемые лифчиком.
Мама как будто бы обиделась на меня, тоже остановилась, отстранилась и теперь стояла как в самом начале — уперев руки в бока, только уже топлес в одних трусах. Я снова почувствовал странную дрожь по всему телу и опять не удержался от комплимента:
— Мама, ты просто суперски выглядишь!
Я жестом изобразил как будто бы прижимаю её груди друг к другу и затем посмотрел на неё изобразив мольбу в силу своих актёрских способностей.
— Хочешь, чтобы твоя мама играла перед тобой сиськами?
Мама деланно изобразила обиду. Потом расслабилась, звонко рассмеялась. Быстро, не особо заигрываясь сжала свои груди несколько раз и также быстро отпустила, позволив сиськам еще немного поколебаться. И сказала:
— Ну что же полагаю впечатлений на сегодня уже достаточно? Давай отдыхать?
— А как же твои трусики?
— А что трусики?
Снова эти озорные нотки, но она просто веселится, я уже привык совершенно.
— Дело в том, что они всё еще на тебе, мам
— Ох уж эти ненасытные парни! И буду я потом сидеть на мокрой траве голой задницей, да?
Я нехотя отрываюсь от самой эротичной картины, что я когда-либо видел и беру в руки одежду от которой мы уже избавились, возвращаюсь под дерево аккуратно расстеляю её там и жестом приглашаю её сесть именно на сарафанчик. Потом обратил внимание что стою с бюстгалтером в руке и немного по-дурацки пристраиваю его на низкий сук.
— Комфортное место под деревом — оплата — 1 трусики! Ну же, я же совсем голый, неужто слишком стесняешься?
В эти игры со смущением могут играть двое.
Мама пропустила большие пальцы под резинку и слегка приспустила их вниз, отчего резинка сильно натянулась. Потом она посмотрела на свою одежду, что теперь будет служить покрывалом и уже слегка издеваясь сказала.
— Я покрывало взяла вообще-то, чтобы сидеть на нём, зачем хороший сарафан портить?
В этот момент в моей голове вновь проскочила мысль о нереальности всего вокруг. Покрывало для пикника. Я не помнил, чтобы мы собирались на пикник, да и вообще, я отчётливо помню как вчера корпел над унылыми методичками и конспектами... Да и вся эта открытость... Моя мама ведь весьма строгая на самом деле. Теперь, когда я начал об этом задумываться (а иначе было невозможно, мысли сами в голову лезут, никак не расслабиться) мир вокруг начал терять четкость.
Мама подошла ближе ко мне и сказала:
— Ладно, признаю, сидеть на покрывале — это для обычных дней. Слушай, ты итак меня без лифчика оставил, давай и с трусиками поможешь.
Мама оттянула резинку с боков и снова слегка подвигала бёдрами, как будто вспоминая импровизированные движения, что танцевала несколько минут назад. Ко мне вернулось прежнее расположение духа — плевать на противоречие, в эту самую минуту происходит нечто совершенно особенное.
— Слушай, а повернись ко мне попкой и наклонись слегка.
— Запросто!
Мама сразу же выполнила мою просьбу и уже через несколько секунд я стоял сзади неё на корточках и медленно
