влажные объятия сочащейся от возбуждения вагины. Лена тихо вздохнула. Как назло, все ее манипуляции проходили в момент относительного затишья в фильме. Так что звук, расстегивающейся змейки, и вздох удовольствия жены отчетливо были слышны в комнате. Я покосился вправо. Алла сидела, как ни в чем не бывало, сосредоточенно уставившись в экран. Меня уже стала бить мелькая дрожь нетерпения.
— Ну что, может быть, пойдем спать? — не своим голосом предложил я.
Лена не спеша повернулась, обхватив меня за шею.
— Тебе не нравится фильм? — с ухмылкой спросила она.
— Я уже его видел... — отвечал я.
— Можете идти — Алла посмотрела на нас, — я сама досмотрю.
— Я тоже хочу посмотреть, — Лена скова повернулась к телевизору, — потерпи дорогой, скоро уже конец.
Она положила руки на колени, и стала медленно, но ощутимо двигать тазом, раскачиваясь на моем члене. Мне казалось, что улечу на седьмое небо от ее движений. Член рвался в бой, но мне было неловко, что Алла заметит, чем мы тут занимаемся. И вот при очередном покачивании вагина супруги смачно хлюпнула, и я с ужасом повернул голову направо. Алла смотрела на меня с улыбкой. В ее глазах я сейчас отчетливо увидел нескрываемый интерес. Она опустила глаза на светящийся зеленым фосфором кружочек трусиков Лены, в котором тихо хлюпал ствол моего члена. Ленка сладко застонала, повернув голову к сестре.
— Извини, Аллочка — виновато улыбнулась она, — не смогла удержаться.
— Ничего страшного, — спокойно произнесла Алла, — я не против.
Я хотел что-то возразить, но решил молча понаблюдать за развитием ситуации. Лена вдруг встала с меня, усаживаясь на колени. Мой блестящий член шлепнул о голый живот. Я попытался было его заправить в штаны, но Ленка обхватила ствол своей ручкой и стала медленно его надрачивать.
— Лен, прекрати, неудобно...
— Мне неудобно только в одном, — отвечала жена, — что я могу делать с ним все, что захочу, а моя сестренка останется неудовлетворенной.
Алла молчала, наблюдая за моей реакцией.
— Тебе он нравится? — спросила Лена сестру, — легонько поцеловав головку.
— Конечно! — без тени смущения ответила Алла.
— Дим, переспи с ней, а? — Лена умоляюще посмотрела мне в глаза, — Она же хочет!
— Прекрати! — я словно стряхнул с себя какое-то наваждение, — Лена сейчас же прекрати!
Поднявшись с дивана, я отстранил ее от себя и спрятал свое достоинство в джинсы.
— Вы обе пьяные. Завтра сами стыдиться будете и в глаза друг другу смотреть не сможете, — начал я читать нотацию сестрам, — Я пошел спать, а вы делайте, что хотите.
— Извини, Дим... — Алла покраснела и опустила глаза.
— Стой! — вдруг вскрикнула Ленка, и умоляющей уставилась мне в глаза, слово от моего решения сейчас зависела ее жизнь, — Умоляю тебя! Пусть она, хотя бы посмотрит! Ну что ты как дерево непробиваемый? Мы, значит, будем с тобой кувыркаться, а она слушать все через стенку и изнывать от желания? Я никогда тебе ни в чем не отказывала и не откажу в будущем, если попросишь... можешь просить о чем угодно! Любой каприз! Только пусть она просто посмотрит. Это же мое самое безобидное желание из всех. Я уже не прошу тебя спать с ней. Только мы... но пусть она присутствует при этом. Ты можешь хоть раз меня понять?
Она выпалила эту тираду стоя на коленях, и я понял, что соглашусь. Мой взгляд упал на Аллу, которая сидела сейчас на диване, внимательно глядя на нас. Ее влажные глаза блестели в свете телевизора, а груди приподнимали халат упругими вершинками сосков. Она ждала моего вердикта с не меньшей страстью, чем ее сестра. Сейчас я совсем не узнавал ту скромную Аллу, с которой был давно знаком.
— Вы серьезно? Алла, ты действительно хочешь этого? — я пристально уставился на нее.
Она промолчала, заливаясь краской, и только легкий ...
утвердительный кивок головы выдал согласие.
—
