сжимала и поглаживала ее полные груди. Всякий раз, как он задевал ее торчащие соски, она тихонько постанывала и инстинктивно изгибала свой стан, прижимаясь к его обнаженному торсу, словно похотливая уличная кошка готовая к соитию, а не гордая королева, наследница трона из древнейшего рода Вафает, правящего в Валарингии уже на протяжении нескольких сотен лет.
Верлен повалил Шанталь на постель, крепко прижался низом живота к ее животу, потерся о него возбужденным членом, осыпал поцелуями ее шею, плечи и груди. Постепенно спускаясь все ниже, он ласкал языком и губами ее плоский живот, ее женственно округлые бедра и, наконец, склонился над девственно-нежным цветком, сокрытым между ее скромно сведенными ножками. Белые пухлые лепестки с розовым еще не распустившимся бутоном блестели от нектара, но он упорно обходил их стороной, целуя гладкую нежную кожу ее упругих ляжек и наслаждаясь тонким ароматом ее возбуждения, пока девушка беспокойно металась на постели и нервно вздрагивала от каждого его чувственного прикосновения.
Герцог терпеливо дождался, пока жар ее стал нестерпим, и мышцы ног расслабились от его умелых касаний. Опершись на один локоть, он неторопливо поглаживал кончиками пальцев внутреннюю сторону ее бедра от самого колена до чувствительного сгиба в паху.
— Вижу, тебе нравится наша игра, моя королева, — промурлыкал прекрасный герцог, поймав взгляд Шанталь и улыбаясь своей самой обворожительной и коварной улыбкой. На его антрацитовые блестящие волосы лег луч теплого летнего солнца, пробившегося сквозь щель между задернутых штор. На его сильных плечах и красивых руках при каждом движении перекатывались упругие мышцы. Шанталь только сейчас заметила, что кожа на руках у него тоже вся была испещрена белесыми шрамами. Эти следы былых ран от каких-то неизвестных ей сражений совершенно не вязались в ее голове со всем его светским элегантным обликом, который она знала с детства. Неужели он действительно так опасен, как о нем говорят? Сейчас его синие глаза скрывали полуопущенные ресницы, и Шанталь совершенно не могла понять, что таит его взгляд. Боже, конечно, ей нравилось все, что он с ней делал! Только все эти ласки и поцелуи в конец ее измучили, а он словно и не собирался останавливаться.
— Верлен... , — силясь восстановить сбившееся дыхание вымолвила она, — наверное, уже полдень... меня скоро хватятся... Нас могут тут застать... Ты ведь понимаешь, чем это грозит?
— Чем же, моя беспечная юная королева? — сладко прошептал он, вдруг медленно проводя большим пальцем по влажному бутончику у нее между ног. Шанталь дернулась от пронизавшего ее блаженства, приподнялась на локтях и уже хотела свести ноги, но герцог не позволил ей этого сделать, с силой отодвинув в сторону ее колено.
Сама не зная почему, она подчинилась и замерла, в нетерпении ожидая новых прикосновений. Их глаза снова встретились. Герцог медленно провел языком по пальцу, которым только что ласкал девушку.
— Ты... ты... ведь понимаешь, — она нервно сглотнула, борясь с собственным волнением, — что я вынуждена буду обвинить тебя в изнасиловании, если нас застанут вместе... Тебя казнят за это. Ты ниже меня по происхождению, мы не женаты, и ты не имеешь права... , — Шанталь не договорила, потому что горячий язык Верлена медленно проскользнул по ее пышущему от бесконтрольной страсти цветку. Девушка часто задышала, распахнув малиновые губки, и жалобно пролепетала: «Пожалуйста, остановись... «.
— Меня казнят, только если ты подпишешь указ о моей казни... Уверена, что ты сможешь его подписать? — невозмутимо прошептали самодовольно ухмыляющиеся губы Верлена и прильнули к пульсирующему розовому бугорку между ее пухлыми белыми лепестками. Шанталь тихонько застонала, по коже ее побежали россыпи электрических искр, тело охватила слабость, и она откинулась на подушки, не в силах больше сопротивляться. Любое
