прошу, не сердись за вчерашнее... Я... я многое слышала о вас, людях, и испугалась... не за себя, за сына...Карина спокойно улыбнулась. — Я не сержусь, — ответила она, — ты же столько для нас сделала. Спасибо тебе...Больше не было сказано ни слова. Шатенка шагнула к эльфийке и ласково, даже бережно поцеловала её. Губы Лиандри немедленно раскрылись в ответном поцелуе, и стало ясно, как сильно ей этого не хватало, как сильно она истосковалась по простой ласке. Но в тот момент, когда их рты жадно пожирали друг друга, а языки устроили яростную дуэль, женское сознание распахнулось, вбирая в себя образы, краткие, точно вспышки молнии, но вместившие целую жизнь.Лиандри увидела просторный, добротно сколоченный помост, украшенный прихотливой резьбой, — гордость торгового дома Асколаны. Торги рабами были в самом разгаре, шёл следующий лот, и эльфийка не удивилась, увидев обнажённую Карину, весь наряд которой состоял из кожаной уздечки и изящного эльфийского ошейника. Расхваливая достоинства рабыни, торговец — гном — заставлял её нагибаться и раздвигать пышные, золотисто-розовые ягодицы и демонстрировать покупателям раскрытые, жаждущие ласки отверстия. Зеваки здорово позабавились, когда гном, чтобы показать силу и выносливость рабыни, уселся на неё верхом и заставил прокатить его по помосту. Женщина безропотно выполняла все приказы, даже спустилась к покупателям, чтобы те могли помять её спелое тело, но всё время не спускала безумных глаз с сына, стоявшего в первом ряду и спокойно следившего за торгами. «Я всё поняла! — кричала Карина мальчику взглядом. — Пожалуйста, выкупи меня! Я всегда стану слушаться тебя, клянусь! Прошу, не отдавай меня им!...»Лиандри была уверена, что за женщину начнётся ожесточённый спор, и ошиблась. Никто не давал за Карину больше пятнадцати сарантов. Борьба развернулась только когда Коби сжалился над матерью и дал за неё сразу пятьсот цагиров. Торг было подхватил молодой негр в белом костюме, но быстро сдался, когда мальчик назвал сумму в десять тысяч. Но чтобы никто не подумал, будто бы он пришёл на торг только ради матери, Коби приобрёл ещё и следовавших за ней двух испуганных мальчиков-эльфов, стройных, по-девичьи округлых, чья гладкая кожа имела цвет индиго, а волосы были подобны чистейшей платине...Карина вздрогнула и отстранилась. — Прости, — сказала она, — ты многое увидела? — Н-нет, — хрипло соврала Лиандри. — Совсем чуть-чуть!Она думала, на этом всё и закончится, к тому же из соседней гостиной слышались голоса их сыновей, но шатенка внезапно снова набросилась на эльфийку, стала целовать и мять её. — Тебе нравится, когда твой малыш играет с ними? — лукаво спросила Карина, тиская женские груди через ткань платья.Хозяйка густо покраснела. — Мы... ничем подобным не занимаемся. — Я чувствую твою тоску по нежности, — призналась шатенка, — сегодня ночью ты ляжешь спать голой и случайно забудешь запереть дверь, поняла?Не в силах оторвать глаз от искрящихся разноцветных глаз Карины, Лиандри только кивнула. Женщина нехотя отпустила её и, улыбнувшись на прощание, ушла к мальчикам.Остаток дня прошёл для эльфийки в хорошо знакомом полузабытье, когда тело уверенно исполняло все дела, в то время как душа парила где-то в заоблачных высях, страшась и нетерпеливо дожидаясь ночи. Карина придёт сама? Или отправит Коби? А может... Регинлейв? При мысли, что её станет ласкать рыжая полукровка, Лиандри чутьне закричала, но, присмотревшись ... к той, должна была признать, что рабыня-телохранитель вовсе не такая страшная, как сперва считала эльфийка, и груди у неё не безобразно-большие, а замечательно-полные, чуть больше, чем у Карины, в них, наверное, так сладко зарываться лицом и вдыхать сладкий, млечный запах упругой плоти. Будь у неё самой грудь такого размера, как знать, может, Небри смотрел бы на мать, как Коби
