тем как ехать ко мне ты должен подготовиться в таком порядке: сделать себе очищение попки, ну что-то вроде клизмы, ну ты понял не менее трех раз; за тем намазать тело кремом из тюбика, уделяя особое внимание местам, где много волос, т. е. попе лобку и прочим; надень чулки на вытертое и высушенное тело, иначе это будет трудно сделать, резинки на краях не захотят ... наползать на ноги, хотя они уже будут гладкие и нежные» — да он настоящий извращенец, черт возьми — «потом надень те трусики, которые лежат в коробке, не забудь, разрезом на попку; одень украшение на шею» — так это украшение а не ошейник, вот оно что, значит я дурак — «затем надень юбку, молния в ней сзади, ой забыл совсем, в попку ты должен вставить пробку, можешь ее предварительно смазать чем хочешь» — вот за что спасибо так спасибо — «нанеси макияж, не умеешь, так найди в интернете как это делается, главное не переусердствуй; одень сапожки и куртку и научись сносно ходить вертя попкой как настоящая девушка, да и перчатки на руки не забудь, они в мотоцикле под сидением есть» — а цельный совет, кстати руки то мужские, а вдруг кто-то в дороге заметит — засмеют ведь — «ну вот собственно и все, к семи не опаздывай, буду ждать с нетерпением!!!»
Вот и все дружище, допрыгался так сказать, доигрался. Теперь тебя родное начальство будет иметь не только в переносном, но и в самом что ни есть прямом смысле этого слова.
Я уныло сгреб содержимое в коробку и пнул ногой под кровать, далее полез в интернет искать уроки макияжа и только поздно вечером решился досмотреть папку шефа до конца. Да, то, что там было, не могло меня не волновать, ведь скоро все это предстоит делать мне, несмотря на охоту к оным действиям.
Папка содержала где-то около тридцати с лишком разворотов, на страницах которых мой шеф в разных позах сношал парнишку в разных комнатах своего большего дома. В конце каждой сцены упоительной ебли всегда находилось несколько кадров где парень был изображен один в какой-то сюрреалистичной позе, плоде фантазий моего впечатлительного по части парней начальника. Не знаю почему, но мне до сих пор помниться картинка где парень был изображен стоящим на коленях на кровати попой к камере. При этом голова его лежала на подушке лицо выражающее страсть улыбалось снимающему, а из приоткрытой дырки по стройным гладким ногам стекала сперма.
Признаться, я тогда сильно возбудился и потрогал себя за член. Я был готов поклясться всем и себе что будь я там в момент съемок ничуть бы не побрезговав вставил бы член в этого паренька с удовольствием. Я поразился этому открытию самому себе. Да я мужчина способный трахнуть в красивый зад парня, но свой зад я вряд ли смогу подставить безболезненно для психики, или всетки смогу, опять пошли сомнения и чего греха таить страх перед неизвестным. Нет ничего предосудительного или мерзкого в пассивном голубом сексе я не видел, каждый получает удовольствие как ему нравиться, но я ведь не голубой, я женщин всегда любил и оставался всегда ими доволен. Что-то мне не слишком ясно все это, и как мне казалось приятного в том что твой друг сношает тебя в попку не ахти как много. Это же, все-таки, орган не приспособленный для фрикций. Другое дело самому трахать. Тут по молодости тесто годилось а теплая узкая промежность человека независимо от пола, уж точняк подойдет, тем более я нескольких своих девочек так любил, без особого восторга с их стороны правда, но я тогда о себе думал. «Да» — понял я — шеф получит кайф и не дюжий а я буду терпеть как целка на первом свидании, печально но ради хлебушка насущного можно и потерпеть.
А нет так снова на улицу родного города грузчиком за нищенскую зарплату. То, что за отказ Валентин Петрович оформит мне лесную характеристику, по которой меня даже уборщиком в столичный да и любой другой офис не возьмут я как то сразу понял. Жалко попу, а делать
