произошло, что будет дальше — я не думал; мне хватало этой мысли — и я растворялся в ней. Я был самым счастливым существом на свете, и Аэа тоже.
Массируя мне тело, она понемногу переключилась мне на гениталии — и вот уже по телу побежали сладкие волны, член заныл, окаменел — и Аэа оседлала меня, окунув мой член в себя, как в сладкий джем. Какая-то сила не позволяла мне двигаться, удерживала меня в беспомощном расслаблении — и в этой сладкой пытке я наполнялся упругой силой... Подведя меня к пику блаженства, Аэа вдруг соскочила с меня; я недоуменно застонал — страшно хотелось оргазма, но Аэа сказала: «потом». И принялась успокаивающе гладить меня.
Она подвергла меня такой сексуальной пытке еще четыре раза — и на четвертый я взорвался спермой, выплескивая из себя усталость и напряжение... Послевкусие оргазма окутало меня сладкой пеленой, и сразу после того я снова заснул.
Отходил я еще два дня. Когда я окреп настолько, что мог спокойно ходить, Аэа рассказала мне, как все было.
Расставшись со мной, она почувствовала, что энергия покидает ее. Когда она стала входить в состояние, необходимое для перемещения — в ней не оказалось Силы и Желания вернуться домой.
Это означало катастрофу. Аэа не только не могла вернуться сама, но и обрекала на вечное изгнание своих друзей. Последнее было недопустимо, и она сосредоточилась на Желании переправить домой друзей. Такой телепортации — без личного участия — не было нигде и никогда, — но выхода не было: Аэа напряглась, вливая в друзей свою энергию, и...
Что было дальше, Аэа не знает: израсходовав все свои жизненные силы, она потеряла сознание и пролежала на земле сутки. Это был первый Великий подвиг Аэа: она пожертвовала своей жизнью, чтобы вернуть друзей домой, — и Земля отдала ей жизнь, восстановилв ее энергию; Аэа впитала в себя ресурсы планеты и ожила.
Ожив — сразу переместилась ко мне. Она поняла и почувствовала, что я умираю без нее. По ее словам, когда она пришла ко мне, я уже умер. Аэа чувствовала в себе недостаток силы — но в ней было огромное Желание спасти меня, и оно помогло Аэа совершить второй ее Великий подвиг — величайшее чудо ее планеты:
— Никому из Мудрейших не удавалось вернуть человека, который переступил Порог Света. Тех, кто подошел к нему, возвращали; но ты уже пересек его. Я вернула тебя. Никто не мог сделать этого, никто. Я сделала. Мы сделали. Ты очень хотел вернуться ко мне...
***
Следующие дни были посвящены отнюдь не космическим, но не менее трудным хлопотам: я пытался придумать, как переправить Аэа, не имевшую ни паспорта, ни даже фамилии, в Москву. Я позвонил Коляну, своему школьному другу, ушедшему в бизнес, и рассказал ему, что влюбился в беженку-нелегалку, которую нужно любой ценой доставить ко мне. Я сулил ему золотые горы, не имея ни малейшего понятия, где их достать. Колян опешил, отнекивался, ругался, — но все-таки я уговорил его помочь.
Аэа поинтересовалась, в чем проблема; я, запинаясь, попытался объяснить ей земную паспортную систему... и она перебила меня своим смехом:
— Зачем бумаги? Зачем Колян? Меня никто не увидит. Я пройду любую охрану. — И в подтверждение своих слов растаяла в воздухе.
Ну и дурак же я! Когда паспортный контроль остался позади — я оглянулся и увидел за спиной знакомую улыбку. В самолете я, правда, не видел Аэа и сильно перенервничал — но потом, в Домодедове, она догнала меня в зале ожидания и спросила:
— Почему ты боялся? Я страдала. Нельзя так бояться...
Пришлось звонить Коляну, извиняться и объяснять, мол, что сам справился. Все-таки я не привык к ее способностям... Потом, когда встал вопрос о нашем браке — а семья у меня весьма старомодных взглядов, да и я испытывал глупое, наверно, удовольствие от мысли, что Аэа будет моей ЖЕНОЙ, — я снова позвонил Коляну и обяснил суть дела. Колян материл
